Нам принесли обед. Обслуживающий персонал, как обычно, суетился, стараясь услужить мне. Я старался не обращать внимания на эту суету, сосредоточившись на своих мыслях. Вкусные ароматы разносились по комнате, вызывая аппетит.
Я, как правило, старался не наедаться, чтобы достичь продуктивности в работе. Я не отказывал себе в сладком, так как мой мозг находится в постоянной активности и нуждается в дополнительной энергии.
Мерсин внимательно следила за моим выражением лица и, кажется, что-то заметила.
– У меня что-то на лице? – не выдержав ее пристального взгляда, спросил я.
– Я, как успешная бизнес-леди, всегда стремлюсь понимать людей. Я наблюдаю за их поведением, их реакцией на несмешные шутки, стараюсь подмечать их привычки. Иногда я наблюдаю за тем, как они ведут себя с людьми ниже и выше их по положению и статусу. Стараюсь замечать их неискренность, скрытую под маской их истинной сущности. Я часто замечаю, что люди прибегают ко лжи, чтобы не задеть чувства других людей, и в этой лжи я нахожу истинную сущность моего собеседника. Ложь людей, как ни странно, даёт мне больше всего информации о человеке, чем нежеле его пустые слова. Это помогает мне лучше понимать их потребности и желания, а также находить индивидуальный подход к каждому клиенту.
– Могу ли я узнать, какую информацию вы обо мне получили из своего наблюдения? – спросил я.
– Вы добрый человек, но ваша доброта веет равнодушием. Вы смогли совместить несовместимое, и это меня удивляет до глубины души.
– Сеньор Салазар любит удивлять людей, этого у него не отнять, – подтвердила Марианна.
– А как насчёт политики? Как вы будете править этой страной, господин Салазар? – спросила меня Мерсин.
– Иностранные экономисты утверждают, что для того, чтобы страна стала развитой, богатой и процветающей, правящие элиты должны добровольно отказаться от всех своих привилегий. Говоря простым языком, власть имущие люди должны сами себе связать руки и ноги, чтобы вседозволенность и безнаказанность не вскружили хрупкие головы.
– А вы собираетесь прислушаться к их совету?
– Я внимательно рассмотрю их рекомендации, но пока не планирую предпринимать радикальных мер. Если уж и приходится прибегать к радикальным мерам, то делать это следует постепенно, чтобы не вызвать у людей ощущения угрозы или опасности.
– И все же я чувствую неискренность в ваших словах, – заметила мою неискренность Мерсин.
«Я не могу припомнить, чтобы в моей прошлой жизни я встречал так много умных и уникальных людей. Я считал только Марианну аномальной женщиной», – подумал я.
– Мерсин, вы правы, в моих словах есть некоторая неточность, – ответил я, – Вы так обеспокоены судьбой этой маленькой страны?
– Я всегда стараюсь тщательно взвесить, как мои решения могут отразиться на моей репутации. Каждый раз, когда мне приходится выбирать, кого поддержать, а кого отвергнуть, с кем продолжать дружбу, а с кем разорвать все связи, я учитываю возможные последствия этого выбора для моего имени и общественного мнения.
– В таком случае я бы не рекомендовал вам со мной как либо связываться. Как говорится – победа требует великих жертв, и ради победы я не побрезгую даже моралью.
– В ваших словах я чувствую радикальные взгляды, – подчеркнула Мерсин.
– В период стабильности я буду управлять мягко, но в случае возникновения серьёзных проблем, таких как, например, массовый голод, я буду действовать решительно.
В ходе более чем часовой беседы с Мерсином мы обменялись ценными идеями и соображениями. Честно говоря, мне было не очень интересно общаться с собеседником, равным мне, будто бы общение стало для меня обычной работой, которую я должен выполнять. Я словно бы утратил чувство социума.
Я обещал самому себе, что как только я надену чёрное пальто, которое ознаменовало собой мой символ власти, я начну по-настоящему править этой страной.
– Позвольте мне вас покинуть, поскольку у меня возникло одно неотложное дело, которое я должен незамедлительно выполнить, пока у меня есть силы и желание это сделать.
– Я ваша гостья, а ещё вы мой дорогой клиент. Я не вправе что-либо от вас требовать.
Марианна также встала со своего стула, готовясь пойти со мной.
– Марианна, это касается и тебя, и я пойду один.
– Но…
– Я иду вернуть должок одному полицейскому, который смог унизить моё достоинство.
– Иногда женщинам не следует вмешиваться в дела мужчин, – сказала Мерсин, держа за руку Марианну.
– Позволь мне хотя бы проводить тебя до выхода, – щенячьими глазами произнесла она это. В её голосе слышалась мольба, от которой было сложно отказаться. Несмотря на неловкость ситуации, в уголках его губ мелькнула улыбка.
– Идём.
Марианна радостно последовала за мной, и когда мы вышли из гостиной, она произнесла следующие слова.
– Конфуций однажды сказал, – она подняла указательный палец вверх, как бы готовясь произнести важные слова, – «Если ненавидишь, значит, тебя победили». Heyжели этот человек сумел пробить твою хладнокровную броню и добраться до глубины твоей доброй и милосердной души, сокрушив её своим ударом?
