Отпрыски знати тоже устраивали похожие игры в саду, пряча в кустах и на деревьях драгоценные украшения. Заканчивалось все тем, что нянечки сами искали сокровища, пока их маленькие господа пили чай и подгоняли несчастных слуг. Но самым неприятным было то, что проказники утаскивали ювелирные изделия у родителей без спроса, и, узнав про игры, лорды унизительно обыскивали служанок. Некоторые дети специально подсовывали им небольшие драгоценности, чтобы наблюдать за «справедливой расправой». Интересная мысль возникла в голове, наводя на нерадостные выводы, и я не смог удержаться от вопроса:
– Лис, а демоны могут принимать формы детей или вселяться в них?
Демоница накрутила прядь белых волос на палец и посмотрела на красный кончик.
– Четвертый ранг может принимать разные обличья, но они не любят обращаться в детей.
– И в Экнор демоны тоже не могут проникнуть?
– Красавчик, ты вроде не был глупым. Как они окажутся в Экноре? За барьер может ступить только Шеольчик, и то раз в сто лет. Пока барьер не падет, ни один демон не переступит порог мира людей.
Значит, те дети не были демонами и не находились под их влиянием, а поступали по своей воле. Легче от этого не стало. В писании Духа Земли превозносили человека, называя его великодушным, отважным и чистым помыслами. Все пороки и грехи успешно причислялись демонам, но они всего лишь пробуждали их в нас, а не создавали новые. Грань между ложью и правдой, на которой балансировали все знания в Экноре, неумолимо стиралась.
Шесть ударов гонга возвестили о начале нового тура и заставили меня сосредоточиться на турнире, откладывая мятежные рассуждения.
– Шестой тур – демонический поиск сокровищ.
Цянь Дуо хлопнул в ладоши, и на площадь непонятно откуда высыпала тьма монстров. Самые маленькие были размером с большого жука. Они носились внутри барьера и бились о колонны. Монстры побольше напоминали птиц, держащихся в воздухе на неподвижно распростертых перепончатых крыльях. Другие прыгали под ногами, как раздутые рогатые жабы. Кроме вполне безобидных на первый взгляд тварей по площади за несчастными игроками гонялись звероподобные чудовища ростом с человека.
Лис недовольно наблюдала за хаосом вокруг и покусывала нижнюю губу.
– Они их в клетках держали, что ли?
– Ваш распорядитель совсем забыл сказать. Во всех монстрах находятся монеты: чтобы достать их, нужно убить существо. Чем опаснее монстр, тем ценнее монетка. Дарить и передавать награды другим игрокам запрещается. Тур закончится тогда, когда найдется главное сокровище или когда никого не останется в живых. Не забывайте про всевидящий окус.
– Это же лиихон[41]! – Лис дернула меня за рукав и указала пальцем в центр площади.
За роем монстров я не заметил огромное чудовище, лежащее недалеко от постамента, над которым завис глаз. Тварь походила на зеленого льва-переростка. На длинном хвосте, обвивающем заднюю лапу, росли шипы, а на самом конце виднелась кисточка. Из головы торчали четыре ветвистых рога, утопающих в тускло-красной гриве. Ряд клыков, растущих из большой пасти, внушал ужас. По мерно поднимающейся спине и четырем закрытым глазам на вытянутой морде я понял, что, несмотря на дикий шум, монстр спит и не собирается на нас нападать.
– Демон шестого ранга!
– И чем он так страшен, кроме своих размеров и клыков?
– Пока малыш спит – ничем.
Лис зевнула и привалилась к моему плечу.
– Малыш? – Я шумно сглотнул.
– Это детеныш лиихона. Вот его мамочка достигает десяти метров, а у нас всего трехметровый малыш.
– И что будет, если он проснется?
– А что хотят все малыши, когда их разбудят? Есть. Но проблема в том, что никогда не угадаешь, чем он будет плеваться. У нас есть выбор между… – Лис стала загибать пальцы, – кислотными шарами, иглами или меховыми зубастыми тварями, которые прогрызают даже камни.
Я уже пожалел, что спросил ее. И они привели на турнир настолько опасное чудовище? Похоть же знала об этом и ничего нам не сказала, уверив, что опасность мне не грозит. Лис ободряюще ткнула мне локтем в бок.
– Не упади в обморок, красавчик, личико испортишь. Лиихон не нападает, малыши только плачут и зовут свою мать. Нам останется только уворачиваться от того, что он изрыгнет из своей пасти, пока кто-нибудь его не убьет.
– Есть предположение, что именно в груди у нашего лиихона? – К нам подошел Шеол, держа в руках несколько монет.
– Откуда они у тебя? – Лис заинтересованно рассматривала «сокровище» на ладони жнеца.
– Случайно наступил. – Шеол указал на сапог, который пытался вытереть о землю.
Демоница обиженно топнула ногой.
– Так нечестно, я тоже хочу!
Она подняла руку и свистнула. Почти мгновенно на нее села большая птица с тонким хоботом вместо клюва. Лис ловко перехватила ее за шею и с противным хрустом оторвала голову. На ладонь упала бронзовая монета.
– Фу, за нее дали всего пять очков. Красавчик, пригнись!
Я втянул голову в плечи, и надо мной пронесся жук размером с две моих ладони. Демоница схватила его и сжала. У Вэйшень брезгливо поморщился и отошел, чтобы на него не попала слизь.
