- Что-то не так? - снова поцелуй на шее. Я откидываю голову на его плечо и чувствую, как его руки медленно обвивают мою талию и скользят по ней. Немного отступаю назад и прижимаюсь к нему вплотную.
- Все в порядке. Кажется, дождь собирается.
- Люблю дождь.
- Ага, а еще - собак-геев.
- Ты первый сделал меня мамочкой, дорогой сыночек.
- Ахах, но пес-гей... Это ж надо такое придумать!
- Гав-гав.
С этими словами он оставил укус у меня на шее и развернул к себе. Я посмотрел на него. На лице эта поганенькая ухмылка, а в глазах горят едва заметные огоньки. Чудо. Он притянул меня к себе и начал целовать. Едва его губы коснулись моих, как у меня из головы вылетела просьба о побеге. Сейчас только он и я, ничего другого нет. Я чувствовал его руки у себя на талии, прерывистые поцелуи, сводящие с ума. Он опустил руки мне на задницу и несильно сжимал ее, отчего у меня в поцелуй вырывались сдавленные стоны, больше похожие на мычание. Мои руки же переехали к нему на шею. Я не ощущал пол под ногами. Джерард приподнял меня немного, и я обхватил ногами его талию, не прерывая поцелуй. Мой язык уже довольно долго хозяйничал у него во рту, доставляя нам обоим головокружительное наслаждение. Джерард спокойно держал меня, а я, как коала, обхватил его и не хотел отпускать. Он посадил меня на стол, и его пах коснулся моего, вызвав мой стон и похабную ухмылку Уэя. Я чувствовал уже нарастающее напряжение в своих штанах. Мне надо было уже в четыре быть в магазине, а сейчас где-то три или половина третьего. Я не знаю, я сбился со счета. Мне нельзя опаздывать, но так не хочется уходить отсюда.
- Ты ведь все-таки сделал это, - усмехнулся Уэй мне в губы, ненадолго разорвав поцелуй.
- Что именно?
- Нагнулся за карандашиком.
- И что?
- Вспоминай суть, - сказал он, медленно расстегивая мою рубашку и проводя языком от шеи до ключицы. Его волосы приятно щекотали мне скулу. Я был полностью погружен в него.
Тут до меня дошло, что же мне обещал Уэй за то, что я "случайно" уроню карандаш. Как я этого желал, но на работу тоже было грех опаздывать. Сегодня понедельник, а, значит, новая партия дисков, и Джамия одна не справится. Ну почему все так сложно даже сейчас?
- Может, дома? Я могу опоздать на работу.
- Не порти момент.
- Я серьезно.
- Бла-бла-бла.
Я усмехнулся и снова накрыл его губы своими. Его руки уже залезли мне под рубашку. Холодные прикосновения, небольшие царапинки и дикое желание.
- Давай лучше дома? - все-таки настоял я на своем.
- Суууукааа.
- Я сам не против, просто действительно пора.
- Сам дойдешь?
- Да, еще успею.
Джерард отстранился от меня, давая возможность слезть со стола. Я встал и обнял его.
- Я так тебя люблю.
- Как "так"?
- Сильно.
- Как сильно?
- Очень.
- Очень-очень?
- Заканчивай, - улыбнулся я ему и, подарив ему прощальный поцелуй, медленно направился к двери. - Будь у магазина в восемь.
- Пока, сыночек.
- Ну, это уже лучше, чем...
- ШЛЮХА! - не удержался Джерард. Я засмеялся и все-таки вышел. Тело приятно ныло от его прикосновений, и мне становилось так тепло в душе. Как же я его люблю. Прямо "так", что сильно.
На работу я добрался быстро и не опоздал. Хотя, в автобусе тысячу раз пожалел, что не остался. Ладно, еще это напряжение не переросло в конкретный стояк, потому, что я едва себя сдерживал.
В магазине уже была Джамия. Она приветливо улыбнулась мне:
- Как выходные?
На данный момент это самый ужасный вопрос в моей жизни. С одной стороны очень-очень плохо, с другой - Джерард.
- Обычно, к маме ездил. А твои?
- Да скукотища. Побывала в парочке клубов, отец спалил, теперь домашний арест. Как у ребенка, ей-богу! Мне уже скоро двадцать три, а он все еще за мной носится.
- Так родители же. Партия новая уже здесь?
- Да, можешь идти надрывать себе спину, я потом растолкаю все по полкам.
- Какая ты добрая!
Перетаскав коробки, я уселся на свое законное место и стал рассматривать диски, тупо читая аннотации, выбирая фильм на "семейный вечер". Времени прошло достаточно много. Оно летело быстро, слишком много дел навалилось в этом проклятом магазинчике, и я, наконец, их закончил. Мне не хотелось смотреть фильмы сейчас, как я это делал обычно. Мне хотелось тупо лечь и уснуть где-нибудь.
- Извините. Кхм, молодой человек.
- Да? - я поднял взгляд на какого-то парня хиппи в больших круглых очках. На нем было одето всякое старье времен 80-х, а волосы были, как у Рапунцель.
- Вы мне не подскажете, где тут у вас драмы?
- Третий стенд, - я махнул рукой в сторону него, и хиппи, зачем-то поклонившись, побрел к нему, а затем, резко развернувшись, направился назад к выходу. Странный он.
