– Не будь доверчивой. Кто знает, с какой целью он звонил. Попробую лучше еще раз с Германией связаться – вдруг повезет?
Лера задумалась. Так ли все просто? Но и Отшельник сказал, что Потапыч ни при чем. Или при чем? Что она вообще знает о Потапыче?
Когда она искала работу, Федор пытался затащить ее в газету, но журналистика окончательно перестала Леру привлекать. Тут объявился Потапыч. Какой-то знакомый знакомых. Он только-только организовал издательство и предложил Лере должность редактора. Мужик он оказался колоритный, работать с ним было легко. Тем более что интерес к эзотерике в ней уже существовал. И не навеянный модой на все новое, а другой – скорее вынужденный. Кое-что, вызывающее вопросы, она в своей жизни уже видела.
Небольшое издательство «Орфей» не рвалось в гиганты книжного рынка, а тихонько существовало на периферии основных баталий. Сам Потапов пришел к идее издательства не вполне обычным путем. Его мать более двадцати лет заведовала книжным магазином. В советские времена книги были таким же дефицитным товаром, как и все остальное. В доме было полно всякой литературы, и парень пристрастился к чтению. Особой любовью пользовались, естественно, приключения и фантастика. Он мечтал о дальних странах, подвигах и опасностях, но жизнь в лице матери вернула его на землю. Женя стал экономистом и, проработав несколько лет на каком-то предприятии, понял абсолютную бесперспективность своей дальнейшей судьбы.
Склонность к авантюрам, воспитанная книгами, привела его к банальной фарцовке. Он провернул несколько успешных сделок с книгами и ко времени перестройки успел сколотить начальный капитал. Пока он прикидывал, как бы им распорядиться, чтобы не прогореть, случилось непредвиденное. Детская страсть к путешествиям вновь охватила его, и, познакомившись с довольно странной компанией, он начал ездить с ней по объявившимся тогда по всей стране аномальным зонам. Во главе коллектива стояли брат и сестра. Они заявляли, что принадлежат к знаменитому роду не то колдунов, не то экстрасенсов, но подлинность этих заявлений никто, разумеется, не проверял.
Собрав вокруг себя группу обещаниями развить сверхспособности, они, по сути дела, манипулировали учениками в своих целях. На занятиях брат, вводя подопечных в состояние транса, вызывал у них прилив радостных эмоций, превращая учеников в зависимых существ, беспрекословно подчиняющихся ему. Делал он это тонко, точно рассчитывая дозу счастья.
Потапыч поначалу тоже попался на эту удочку. Но спас один из навыков прошлой, фарцовочной жизни – привычка быть настороже и проверять все здравым смыслом. Именно она не дала ему свихнуться. Летом они поехали в зону Пермского треугольника, известную аномальными явлениями. Там в группе произошел раскол, спровоцированный борьбой за власть между братом и сестрой. Коллектив разделился, и исследователи бродили сами по себе.
Потапов как директор группы сгреб себе материальные ценности в виде камеры и фотоаппарата и сам снимал все, что попадалось на пути. Однажды он столкнулся с чем-то настолько необычным, что оставшиеся до отъезда дни провел в состоянии потрясения, а по возвращении ушел в запой, чего с ним не случалось никогда. Просветление, снизошедшее на Потапыча под действием алкоголя, вернуло его к жизни. Но в характере произошли серьезные изменения.
Он начал читать все, что попадалось под руку, о паранормальных явлениях, встречаться с уфологами, экстрасенсами, гадалками и прочими личностями, но ответа на какой-то главный вопрос, мучивший его, так и не нашел. После встречи с Лидией Смирновой Потапыч, впав на неделю в задумчивость и оборвав контакты с внешним миром, решил открыть издательство.
Издавал он книги о всяких странностях, к которым в обществе появился невиданный интерес. Издательство держалось на плаву благодаря прекрасной рыночной интуиции Потапова, а также его умению распоряжаться финансами. Эту сторону личности Евгения Александровича изменения, произошедшие в его душе, по странному стечению обстоятельств не затронули. Большинство книг издательства «Орфей» успешно продавались, принося неплохой доход.
Лере Потапов был симпатичен. Высокий, грузный, он напоминал неуклюжего медведя. Но не страшного зверя, а игрушечного мишку – добродушного увальня с хитрющими глазами.
Дело оказалось хоть и странным, но интересным. Оно отнимало много времени поначалу, и некогда было думать о чем-то другом. За одно это Лера уже была благодарна Потапычу. За всю жизнь она, наверное, не прочла столько книг, посвященных паранормальным явлениям. И не представляла, как много людей интересуется подобными вещами. Страна отошла уже от кашпировщины и чумакованья, но интерес к чему-то, чего никто пока не понимал, остался.
