Исследователи двинулись вдоль стены, заглядывая в каждую нишу. Везде они видели одно и то же — уходящий в темноту прямой коридор.
— И куда теперь? — обернулся к спутникам Сноу. — Тут несколько десятков ниш.
— Если следовать простой логике, то, представив, что мы вышли в зал по виртуальному циферблату на шести часах, то продолжение дороги будет на двенадцати. Но я бы для начала заглянул в какую-нибудь боковую нишу. А потом…
— Потом… — задумчиво вторил Ричард. — Потом суп с котом. Ладно, согласен. Мадемуазель Нуаре, как там страховочный фал, не оборвался?
Эстель подергала притороченный к поясу тонкий шнур:
— Всё в порядке, — ответила женщина и посмотрела на индикатор катушки. — Стравлено сто двадцать пять метров.
— Хорошо, идемте.
Ричард шагнул в ближайшую нишу и тут же прикрепил к стене очередной маячок. Через минуту фонарики путешественников заплясали в узком туннеле, и подземный зал погрузился в темноту. Лишь два радиомаячка светились крошечными угольками.
Путники прошли по коридору метров сто, и Сноу уже начал подумывать о том, чтобы повернуть назад, когда впереди внезапно забрезжил свет.
— Только что ничего не было, и вдруг… — тихо проговорил Сноу и замедлил шаг.
Сзади в спину дышали Айво и Эстель. Блумберг тихонько подтолкнул Ричарда, и все трое вышли на Т-образный перекресток в умеренно освещенный перпендикулярный коридор.
Новый туннель был проложен не горизонтально, а под сильным наклоном и оказался значительно просторнее, чем тот, по которому шли. Они с удивлением увидели, что посередине туннеля проложена современная металлическая лестница с перилами, а в пол вмонтированы электрические лампы, мягко подсвечивающие стены. Но самое поразительное было то, что снизу по этой лестнице к ним приближалась группа людей, которую вела симпатичная загорелая девушка в белом коротком платьице. Поравнявшись с остолбеневшими от неожиданности исследователями, девушка строго посмотрела на них и сказала:
— Самостоятельный осмотр Пирамиды не разрешается. Если вы отстали от своей группы, то можете присоединиться к нам, или вернуться к входу и дождаться следующей группы.
— Спасибо… — только и смог вымолвить потрясенный Блумберг.
Смуглая девушка обернулась к своей группе:
— Идемте. Дальше нас ждет основная достопримечательность Пирамиды…
Разноцветно одетая толпа туристов бодро продолжила восхождение по довольно крутой лестнице, следуя за своим гидом и не обращая внимания на живописную троицу.
— Я знаю, где мы, — вдруг послышался голос Нуаре.
— Я тоже догадываюсь, — прошептал Айво.
— И где же? — нетерпеливо спросил Сноу, провожая взглядом удаляющихся людей.
— Это пирамида Хеопса, — ответила Нуаре. — Я в прошлом году была там… тут на экскурсии.
— Да, Эстель, мы в Большой галерее, которая ведет к Камере фараона, — тихо сказал Блумберг.
— Пирамида Хеопса? — выкатил на обоих глаза Сноу. — Вы с ума сошли! Пирамида Хеопса находится на Земле в Египте, почти в трехстах световых годах отсюда!
— Ну и что? — начал приходить в себя начальник научного отдела. — Мы прошли сквозь кротовую нору пространства. Кротовина Морриса-Торна…[38] Или нуль-переход.
— Это что, как… — начал Сноу.
— Да, Ричи, как в том расследовании на Луне. Помнишь гибель профессора Белла на лунной станции «Скотт» и его изобретение — топоскоп?[39] — Сноу молча кивнул. — Вот мы, считай, без прибора профессора прошли сквозь складку пространства-времени… Стойте!.. — сам себя оборвал Блумберг. — А какой тут год?
— Какая разница, Айво? — спросила Эстель. — Надо уходить.
— Действительно, надо возвращаться, — согласился с ней Ричард. Мы не на экскурсии.
— Черт побери! — повысил голос Айво. — Когда еще мы сможем изучить…
В этот момент к ним приблизилась следующая группа туристов. Её вел одетый в шорты и рубашку араб. Он неодобрительно посмотрел на застывшую у стены троицу, но ничего не сказал и прошел мимо. Как и девушка-гид, он не обратил внимания на нишу, которая темнела за их спинами. Группу замыкала пожилая дама.
— Мадам, извините, пожалуйста, — обратился к ней Блумберг, не обращая внимания на тычки в спину. — Вы не подскажете, пирамиду построил…
Дама остановилась, улыбнулась и ответила, продемонстрировав хорошее знание предмета:
— Архитектор Хемион, визирь и племянник фараона Хеопса.
— А который сейчас год?
— Год? А вы, наверное, Абдуллах Аль-Мамун?[40]
— Что-то вроде того… — через силу улыбнувшись, ответил Сноу, оттесняя Блумберга в сторону.
— Ну, тогда сейчас 831 год от Рождества Христова, — рассмеялась дама.
— Прошу не отставать! — донеслось сверху.
— Извините… — она двинулась вверх по лестнице.
— И всё же, какой сейчас год? — громко спросил Айво, выглядывая из-за спины Сноу.
Дама обернулась и ответила, не останавливаясь:
— Две тысячи двести семьдесят седьмой, если вам будет угодно, господа. Вас многое удивит в этом мире. Ведь прошло полторы тысячи лет с тех пор, как умер первый грабитель пирамиды.
— Спасибо, — Айво посмотрел на Сноу. — Значит, во времени мы не переместились, Ричард, надо бы…
— Нет, Айво, никаких экспериментов, — отрезал Сноу. — Возвращаемся.
— Но… — попытался возразить Блумберг.
