Но спасли ГАЗ-64 не эти возражения, а два обстоятельства. За машину неожиданно заступился Маршал Советского Союза Г. И. Кулик, который призвал дать конструктору возможность доработать прототип. В КЭО не упустили данный судьбой шанс, и в июне 1941-го на свет появился второй ГАЗ-64, фактически новый автомобиль с другой конфигурацией передней части, дверных проемов, запасным колесом и брезентовым тентом. Но сколько продлились бы испытания этой машины, неизвестно. Решила война, уже 24 июня завод получил приказ изготовить два экземпляра «шестьдесят четвертого», которые были тут же одобрены и запущены в серийное производство. Все это происходило уже в другой реальности – воскресенье 22 июня навсегда раскололо мир на «до» и «после», оставив прежний ГАЗ с его проблемами и планами в прошлом.
То воскресенье было не просто выходным – праздником: накануне ГАЗ выпустил миллионный мотор, и это событие широко отмечали. Погода стояла отличная, толпы людей направлялись на пляжи Оки, на культбазу Стригино. Купались, играли в волейбол, слушали патефонные пластинки… Беззаботный отдых продолжался до 12.15. В эти минуты по радио прозвучало обращение наркома иностранных дел Молотова, завершавшееся знаменитыми словами «Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами».
Где именно встретил известие Андрей Александрович Липгарт, неизвестно. Может быть, в своем саду, с цветами – там, во внимательном труде над любимыми гладиолусами, лучше всего отдыхалось… А потом – потом были стихийный митинг у заводской проходной и краткое совещание в кабинете Лоскутова. Все понимали, что предстоит быстро переводить завод на военные рельсы. Сразу же приняли решение о прекращении сборки «эмок» и автобусов. В комитет комсомола, партком уже поступали десятки заявлений рабочих с просьбой направить их на фронт. Писали их наспех, на чем придется – на вырванных из записных книжек листках, бланках рабочих нарядов, полях свежих газет…
Ветеран ГАЗа Илларион Григорьевич Сторожко вспоминал, что в понедельник, 23 июня, «Липгарт изменил свой обычный распорядок дня – не пошел к испытателям узнать результаты прошедшего дня, к щиткам конструкторов – рассмотреть разработку интересующих его узлов, а занял свое место за столом в центре конструкторского зала. Сегодня он пригласил к себе руководителей бюро и секторов, чтобы обсудить, какими практическими делами КЭО должен заниматься в общей работе завода в это военное время.
Андрей Александрович предложил проверить конструкторскую документацию для работы по техническим условиям военного времени на грузовые автомобили ГАЗ-АА и ГАЗ-ААА, по вездеходам. В связи с тем, что производство легковых автомобилей прекращается, а мощности, занятые ими, будут использованы для производства военной техники, необходимо составить перечень узлов и деталей, примененных на полноприводном автомобиле ГАЗ-61. По заданию правительства на его базе разработана конструкция и будет организовано производство армейских командирских машин с упрощенным кузовом ГАЗ-64».
29 июня на ГАЗ приехал нарком среднего машиностроения Малышев. Речь зашла о быстром создании бронеавтомобиля на шасси «полуторки», но Липгарт убедил наркома в том, что овчинка не стоит выделки – такая машина просто «не потянула» бы собственный вес. Взамен главный конструктор предложил создать легкий броневик на базе ГАЗ-64. «На этой встрече я присутствовал и видел, как В. А. Малышев с тревогой и заботой говорил о нуждах красноармейцев и как внимательно, с уважением слушал доводы и предложения главного конструктора, – вспоминал И. Г. Сторожко. – В заключение зампред Совмина сказал, что для такого завода, как ГАЗ, легкого броневика мало, что будет задание по военной технике, достойное автозавода. И. К. Лоскутов заверил, что любое задание правительства по поставке фронту военной техники будет выполнено».
Работы по легкому броневику стартовали незамедлительно: 17 июля Виталий Грачёв начал разрабатывать компоновку, используя в том числе и наработки по нерожденному ЛБ-62. Помог и трофейный опыт: 7 сентября на завод привезли помятый экземпляр немецкого Kfz.222. Через восемь дней Липгарт уже возглавлял совещание по машине, имевшей условный индекс 64-Б. Ее ведущим конструктором стал 28-летний Григорий Моисеевич Вассерман, выпускник Московского индустриального института, пришедший в КЭО в 1940-м. Со временем именно Вассерман сменит Грачёва в неофициальной должности главного заводского специалиста по внедорожникам и прославит свое имя созданием ГАЗ-69…
