Джер осторожно положил руку на старую, почерневшую от времени доску. Деревянный сарай для инструментов с маленьким окошечком под потолком, разбухшая дверь, которую надо было бы подтесать, крыша, покрытая черной толью. Запертый, маленький домик втягивал в себя воздух, душил, окружая влажным теплом.
– Не помните? – недоверчиво поинтересовались гости, обманом заманив его на старое пепелище.
– Что, больше не у кого спросить? Могу подсказать адрес.
В глазах, на всем исковерканном пламенем лице Джера ярким пятном выпячивался непристойный жест, открыто выражавший его мнение о том, где он видел этих кладоискателей прошлого.
– Твой брат не стал с нами разговаривать, закрыл дверь, а я все равно добьюсь правды, – бешено вскричал тот, молодой.
Его Джер уже видел.
– Мой отец был женат на твоей сводной сестре. Где она? Что с ней случилось? Где моя мать?
С момента начала поисков прошло почти полгода, и Рив-младший боялся, что его более опытный и занятой товарищ бросит дело, оставив его один на один с отчаянием. Рив-старший уже намекал: «История темная, не думаю, что твоему деду было известно все, тем более этим детям. Да и сколько лет прошло, и…». Он сам мог додумать это «…и…».
Закрытая дверь, дом с надписью «продается», уже полинявшая от дождей изгородь.
– Хозяин? Давно умер, оставил дом вроде своему племяннику, но тот все пропил и исчез.
Они обратились в полицию, послали запросы по инстанциям, спрашивали добрых людей.
– Умер от передозировки.
У детей с фотографии словно не было будущего.
Сердце потихоньку начало мириться с возможной виновностью отца. Но оставалась еще Тали, его мать.
9
Голова у Джера кружилась, как в тот день, когда Брэг застал его врасплох.
Он перетаскивал камни, осторожно укладывал их горкой, когда отчим незаметно подошел сзади. В то время Джер уже не так боялся его, подрос, но старался не связываться, особенно после гибели Рэкса, любимой собаки, единственной оставшейся от его прежней семьи.
Вот и в этот раз, отвлекшись, он пропустил первый удар.
Согнувшись пополам, он рухнул прямо в щебень, прижался к земле, царапая щеку.
Мольба в глазах больше, чем могут выразить слова.
Джер отвернулся, давая парню собраться с духом. Рив напряженно ждал ответа. Его последняя надежда.
«Твоя мать лежит здесь. Я сам помогал ее хоронить?».
Не получалось.
В ту ночь они все слышали крики Тали и страшную ругань, потом хлопки.
Она что-то ответила Брэгу, что-то пустое. Зря. Напрасно Мари привез ее обратно в дом опекуна. В любой гостинице ей было бы лучше, но сам он улетал в командировку на полгода повышать какую-то квалификацию, а Дон заболел, схватил воспаление легких, да и кто мог подсказать молодому мужу? Все молчали. Эти двое оставались чужими городу.
Таков был самый длинный разговор между ним и отцом этого странного парнишки, словно призрака, выплывшего из глубин прошлого.
На следующий день Джер подкараулил Рива у магазина, куда тот тайком от своего старшего компаньона ходил покупать папиросы; пацаны, забегающие к нему на кордон, были глазасты и пронырливы, время и то подметили верно.
– Уезжаете?
– Да.
Рив попробовал протиснуться мимо него, но Джер мягко потянул парня за собой, за угол, подальше от людских глаз.
И тогда он сказал.
– Твой отец не поджигал ферму (
И чуть погодя, подумав, еще раз взвесив все шансы, добавил:
– У тебя осталась сестра. Родная.
10
Они встретились спустя почти двадцать лет. Накануне встречи Рив-младший вытер пыль в гостиной, навел порядок на кухне. За окном раздавались хлопки от двигателей мини-каров: местные дайворси хоронили своего товарища. В стороне от постамента с гробом, на скамейке плакала чья-то мать.
