– Спит. Головой сильно ударилась. Но ничего, жить будет, – улыбался ему Боря. – Если бы не ее финт, нас бы накрыло по полной! – блестели у него глаза.
– Получилось? – дрогнула улыбка у него на лице. Боря кивнул.
– Только Давида не нашли. Уроды подумали, что Ива умерла. Вот и оставили. А ученого нашего забрали.
– Хреново, – вошел в комнату Сальса. – Столицу мы от «вспышки», считай, избавили. А кто сделает лекарство для остальных?
– Подумаем об этом позже, – насупился Боря. – Кстати, о лекарстве. – Он сбегал куда-то и принес стакан воды. (Алексей с недоверием на него посмотрел.) – Выпей, пока плещется в трубах.
Он поднес стакан к губам, осушил его, вытер рукавом рот и зажмурился. Мужчины гулко расхохотались. Надувшись, он смерил их обиженным взглядом.
– Кости она, конечно, тебе не срастит, – хохотнул Сальса. – Но нести тебя точно будет легче, – потер он поясницу, и они вновь расхохотались.
Дверь скрипнула, и в комнату вошла заспанная Ива.
– Ты выпил? – бросилась она к нему, выхватывая стакан. – Сдурели?! – прикрикнула она на Борю. – Он не выдержит! Лекарство забирает много сил!
– Мы … не… знали, – забормотал Боря.
– Я раньше не видел, как это происходит, – потупился Сальса.
– Его нужно накормить! Быстро! Ногу перевязать! – скомандовала Ива, и они послушно кинулись исполнять.
Друг Димы вернулся из пункта питания. Все, что ему удалось добыть, скормили Алексею, а Дима закинулся остатками карамели. Учитывая здоровую ногу, на процесс очищения ему (как утверждала Ива) требовалось меньше сил. Девушка положила голову Алексея к себе на колени и ласково гладила его по волосам. Он жмурился от боли, не дававшей ему покоя.
– Нужен врач, – пробасил рядом Боря.
– Не сейчас, – вполголоса ответила ему девушка. – Завершит процесс, потом отвезем его к Яго. Он поможет. (Алексей подумал о том, как Яго лакомится его болтающейся на соплях ногой, и хихикнул. Ива закатила глаза.)
К ночи изменения началась у Димы. Он кричал, как резаный. Алексею было плевать на Диму, а вот если бы кричали Ива, Боря, или даже Сальса – он бы переживал. Через несколько часов Дима затих, и лишь изредка скулил за стенкой.
– Завершил, – утирал пот с лица Сальса. – Чувствуешь что-нибудь? – Алексей мотнул головой.
И тут его желудок скрутило. Он вспомнил, как еще недавно мучился от голода, думая, что это и убьет его на чердаке с голубями. Только сейчас это было в разы сильнее и тяжелей. «Вспышка» сворачивала ему внутренности, выкручивала, сдавливала. Казалось, кишки вот-вот лопнут, и он захлебнется в крови. Алексей вцепился в подлокотник дивана и кричал. Дергаясь, он задевал раненную ногу, и острая боль присоединялась к той сумасшедшей, терзающей его изнутри. Ива запихнула кусок ткани ему в рот и заставила прижать ее зубами. Боря набирал в рот холодную воду и брызгал ему на лицо. Казнь длилась не один час. Временами он терял нить реальности, уплывая куда-то, но пощечины возвращали его обратно.
– Не спать, Алёша! Смотри на меня! – прекрасное лицо девушки исказилось.
Пытки длились, будто целую вечность, и прекратились так же внезапно, как и начались. Он лежал на диване: вспотевший, измученный, бледный. Ива держала его за руку.
Наутро Алексей проснулся другим человеком. Волчий голод никуда не делся, нога жутко болела, но ему было гораздо легче. Ива открыла окно, впуская в комнату прохладный воздух. Он повел носом и улыбнулся.
– Еще рано вставать. Тебе нужен отдых, – предупредила она его, будто читала мысли. – Боря обещал достать нам капсулу. Скоро тебе помогут, —отвернулась Ива, выглядывая в окно.
– Ну и ночка! – воскликнул в дверях Дима. – Я не ел больше суток и не подыхаю! Ты как? – Алексей проигнорировал его вопрос.
– Вчера во всей столице началось исцеление, – сухо произнесла Ива. – Власти пытаются скрыть это, но безуспешно. Информация уже просочилась в СМИ. Люди с ближайших городов едут испить столичной воды.
– Мы не закончили, – подтвердил Алексей ее опасения, и она обеспокоенно обернулась.
– Ты же не собираешься…
– Еще как собираюсь, – твердо сказал он. – Нам нужен Давид. Нужно лекарство. Столица почти свободна, но другие города нет. – Он чувствовал, что прав.
– Ты прав, – согласилась девушка. – Просто я надеялась, что для нас война закончилась.
– Закончится, когда вытащим Давида из штаба! – подытожил Сальса.
– И освободим других, – согласился с ними Боря, накручивая на пальце брелок от капсулы.
– Я с вами, – пожал плечами Дима. – Я пригожусь. В конце концов, кто лучше меня знает очистные?
– Начнем с более безопасного места и хорошего плана, – грустно улыбнулась Ива.
Алексей горел изнутри. Только на этот раз его жгла не «вспышка», а желание двигаться дальше. Жгучее желание жить.
