– Но как-то раз она приехала ко мне пьяная в хлам и устроила цирк. Сбивчиво говорила что-то про каких-то кошек и собак… Ползала на корточках, лаяла… Говорила: "Ром, возьми щеночка… Он будет приносить тебе тапочки". Истерически смеялась, потом плакала… Песни пела…
– Какие песни?
– Ну знаешь, может… из мульфильма… "Собака несчастная очень опасна, ведь ей не везё-от в этой жизни ужасно…" – сказал Роман нараспев.
Я не удержалась и хмыкнула.
– Мне тогда было не до смеха…
– Да я понимаю… А ты что?
– А что я? Девочка была пьяна и уязвима… Уложил её спать. Утром она извинилась и уехала. А я понял, что её чувства намного сильнее, чем она хочет показать. И поэтому нужно заканчивать…
– А почему ты не захотел… "взять щеночка"? – снова не удержалась от сарказма я.
– Потому что ничего к ней не чувствовал. Красивая, неглупая… Но… Я даже не знаю, как выразиться, чтоб ты меня поняла… Она какая-то ненастоящая. И где-то глубоко внутри очень несчастная. Представь себе, я ни разу не видел, как она смеётся. Не обольстительно, не кокетливо, а по-настоящему, по-детски…
– Что было дальше?
– После «собачьего» монолога мы не общались около месяца. Я уже выдохнул, подумал, всё, слилась… Но она позвонила. Предложила увидеться как ни в чём не бывало. На встречу я согласился, но лишь для того, чтобы окончательно с ней порвать. Приехал ресторан и как можно мягче объяснил ей, что встреч "без обязательств" больше не будет.
– Поначалу она отреагировала спокойно. Сказала, что ей жаль, но, если я так хочу – она не станет меня уговаривать. Предложила еще немного посидеть, поболтать. Я чувствовал перед ней некоторую вину и согласился… Где-то час мы вели пустые разговоры, и за этот час она успела хорошенько накидаться. А потом попросила проводить её. Мы шли вдоль набережной, и вдруг в какой-то момент она перелезла через перила и начала кричать, что если я не пообещаю её не бросать – она прыгнет…
– Примитивнейшая манипуляция… И не самая гуманная, особенно по отношению к тебе… Она знала о том, как умерла Оля?
– Знала, но не от меня… Об этом писали в СМИ. В любом случае, этот поступок не назовёшь осознанным. Скорее он был импульсивным. Вике, судя по всему, вообще нельзя пить… Она превращается в другого человека… А может быть наоборот – это её истинное лицо. Я так и не понял.
– И как ты вышел из той ситуации?
– Я разозлился. Сказал ей: если хочешь прыгать – прыгай, это будет твой выбор. Я за тебя ответственности не несу.
– Она прыгнула?
– Нет. Она начала плакать. А потом просила отвезти её домой… Утром она мне позвонила – снова с извинениями. Пообещала, что подобного больше не повториться.
– Она сдержала своё обещание?
– После инцидента на мосту мы виделись всего лишь один раз – уже при тебе, в издательстве. Тогда всё прошло спокойно.
– А сейчас то что ей нужно?
– А сейчас она, судя по всему, снова не в себе… Непонятно откуда узнала, что я женился…
– Поздравляла? – усмехнулась я.
– Ну в общем-то да…
– А почему тогда ты так взволнован?
– Потому что не верю ни одному её слову.
