Планомерная кампания руководства СССР по борьбе с «титоизмом» и его изоляции помимо основной причины – опасения потерять харизматическую роль лидера коммунистического мира – имела также цель сохранить и укрепить положение коммунистов в странах Восточной Европы, находящихся в советской сфере влияния. Распространение «титоизма» угрожало недавно закрепившимся у власти компартиям возможностью создания против них коалиций во главе с лидерами левоцентристской оппозиции, которая в этих странах, хотя и была практически вытеснена с политической сцены, физически ещё существовала.
Так, в частности, в Болгарии, как сообщали советским дипломатам их болгарские конфиденты, после начала советско-югославского конфликта усилилось сопротивление оппозиционных кругов мероприятиям коммунистов. К примеру, 9 ноября 1948 г. министр транспорта Тончев жаловался советнику советского посольства Г. Шнюкову на то, что кулацкие элементы в БЗНС начинают поднимать голову, «выступают с одобрением действий Тито и его клики, превратили Тито в своё знамя борьбы с ОФ[316]…»[317]. Сообщалось также о схожих симпатиях к Тито со стороны лидеров «Звена»[318]. Посол СССР в Болгарии Левычкин отмечал в своих донесениях, что «резолюция окрылила реакционные националистические силы в Болгарии, которые стали оценивать Тито как своего человека, связанного с англо-американскими кругами, а события в Югославии как начало раздора в болгаро-югославских отношениях, отход Югославии от СССР и стран народной демократии, как брешь в семье славянских народов и как преддверие крушения нынешнего политического режима и торжества реакции в Болгарии». Но болгарская компартия, сообщалось в справке, провела соответствующие контрмероприятия, в результате которых «болгарский народ осудил единодушно антисоветскую политику клики Тито и подтвердил свою любовь к Советскому Союзу»[319].
Болгарская компартия была наиболее послушной Кремлю, и, возможно, теперь после «ухода» Югославии её руководство, рассчитывало занять лидирующее положение в балканской иерархии. Для этого оно готово было пойти на выполнение самых грязных поручений Сталина, «найти» в своих рядах настоящего «титоиста» и предать его казни, предварительно подвергнув длительной и позорной процедуре лишения всех постов и званий в назидание другим потенциальным сторонникам Тито как в Болгарии, так и в других странах «народной демократии». Такой фигурой стал Т. Костов, компромат на которого поступил в Москву уже в октябре 1948 г. В анонимном послании болгарский партийный деятель назывался хитрым сектантом, проводилось сравнение, как это называл аноним, «группы Костова, Цанкова, Червенкова и Югова» в Болгарии с «Тито – Ранкович и компания» в Югославии. Компромат такого рода поступал в Москву из всех «братских» столиц. Конфликт с Югославией давал возможность Кремлю заняться перетасовкой местной партийной верхушки в соответствии со своими представлениями о преданности советской линии, а руководству компартий – использовать ситуацию зачастую для сведения личных счётов. В случае с Болгарией это, возможно, было связано с борьбой за наследство тяжело больного Г. Димитрова.
В конце марта 1949 г. на пленуме ЦК БКП была принята резолюция о политических и антипартийных ошибках Т. Костова. Принято решение провести в компартии широкую разъяснительную работу об этих ошибках, поскольку, как говорилось в материалах пленума, был «затронут один из основных вопросов – вопрос о взаимоотношениях БКП и ВКП(б)»[320]. На пленуме Костов был снят с номенклатурных постов в госаппарате и выведен из состава политбюро. На следующем пленуме ЦК в начале июня его вывели из состава ЦК и исключили из партии. 20 июня он был арестован, а для помощи болгарским товарищам в следственной работе в Софию послана группа советских специалистов – генерал Шварцман (Чернов) и его помощник генерал Лихачёв. Они должны были выполнить данное Министерством государственной безопасности личное поручение Сталина направить следствие на получение от Т. Костова показаний, вскрывающих «его преступные связи с группой Тито»[321]. В ноябре 1949 г. он был казнён. Этот год стал последним в жизни и других «титоистов» – К. Дзодзе в Албании и Л. Райка в Венгрии, «работа» по которым началась еще в 1948 г.
