- для рабочих и служащих с 8-часовым рабочим днем и вольнонаемного состава воинских частей - 30 часов в месяц;
- для рабочих и служащих с удлиненным рабочим днем, для студентов и учащихся - 15 часов в месяц;
- для граждан, не работающих на предприятиях, в учреждениях и организациях - 60 часов в месяц.
Была учреждена именная книжка участника восстановительных работ, в которой делались отметки о количестве отработанных в свободное время часов.
На сессии с речью выступил Первый секретарь ЦК КП(б)Б, Председатель Совета народных комиссаров Белоруссии Пантелеймон Кондратьевич Пономаренко. Поблагодарив горком КПБ и исполком горсовета за проделанную работу, он сообщил, что на помощь минчанам придет вся страна, по решению Бюро ЦК районы республики формируют для отправки в столицу бригады каменщиков, штукатуров, стекольщиков, печников, плотников, столяров, кузнецов, электромонтеров, бетонщиков и неквалифицированных рабочих…
Призыв выйти на разборку развалин минчане восприняли как свой гражданский долг. Собственно, их не надо было об этом и просить. Патриотический порыв объединил людей в одну большую семью. 37 тысяч человек получили именные книжки участника восстановительных работ. 8 октября 1944 года состоялся массовый воскресник по разборке разрушенных зданий.
В докладной записке в обком и ЦК сообщалось, что в этот день было собрано более 1000 тонн металла, извлечено и очищено 1 300 000 кирпичей.
Для координации работ постановлением ЦК КП(б)Б и СНК БССР от 24 ноября 1944 года на базе Минского областного строительного треста было создано управление по восстановлению города. Его возглавил П. А. Новаш.
Несмотря на поистине героические усилия, прилагавшиеся в Минске для налаживания мирной жизни, ситуация зимой 1944-1945 годов сложилась чрезвычайно сложная. Большинство котельных, имевшихся в многоквартирных домах до войны, оказалось разукомплектованными. Спасаясь от холода, жильцы сами устанавливали временные печи («буржуйки»), пропуская дымоходы через окна и каналы вентиляции. Не хватало топлива, из-за чего в любой момент могла прекратиться выпечка хлеба. Об этом с тревогой сообщил в ЦК директор хлебозавода Зданович. В конце ноября горком и горисполком приняли совместное постановление о создании бригад по заготовке дров в близлежащих лесах с привлечением рабочих промышленных предприятий. Для населения устанавливалась норма отпуска дров в объеме одного кубометра на семью.
Не менее тревожная ситуация сложилась с санитарной очисткой. К концу 1944 года в городе было только две ассенизационных машины, пищевые отходы и домашний мусор из-за отсутствия транспорта не вывозились. Это грозило возникновением эпидемии…
***
Наскоро пообедав в горкомовской столовой, я решил поближе познакомиться со Сталинским районом. На транспорт рассчитывать не приходилось, единственным моим сопровождающим была только палка-кульба. Район занимал в то время весьма обширную территорию. Схематически границы ее проходили по Могилевскому шоссе до Червенского рынка, затем по улице Энгельса выходили на площадь Ленина и по Советской улице достигали Первой клинической больницы и уже потом, по Ботанической, уходили к пригороду. Сейчас на этой территории расположены два района: Заводской и Партизанский, частично - Ленинский и Советский районы.
За мостом через Свислочь начиналась рабочая окраина города Ляховка, расположившаяся в излучине реки. На улице Ворошилова (нынешняя Октябрьская) уцелело одноэтажное здание 6-й поликлиники, здесь уже принимали больных. В нескольких шагах от нее виднелись сооружения, напоминавшие оранжереи. Возле них суетился какой-то мужичок. Подумалось: «Неужели в сожженном дотла городе есть еще люди, которые заботятся о цветах?» Оказалось, есть. До войны здесь действительно располагалось цветочное хозяйство.
Работавший в нем садовод-практик каким-то чудом сберег оранжереи, бережно хранил саженцы многолетних растений и теперь, в ожидании весны, готовил их к высадке. «Настанет день Победы, как же без цветов!» - сказал он мне. Этот факт и то, что был садовод по национальности немцем, но скрыл ее от оккупационных властей, показались мне знаменательными. Вспомнились слова из стихотворения Маяковского: «Я знаю - город будет; я знаю - саду цвесть, когда такие люди в стране Советской есть!»
За цветочным хозяйством начиналась территория винно-водочного завода, построенного еще в конце XIX века предприимчивыми купцами братьями Янкелем и Зельманом Раковщиками. Предприятие сохранилось и уже производило водку и плодово-ягодное вино. Неподалеку от винно-водочного завода, почти вплотную к железной дороге Москва - Минск, примыкал кожевенный завод «Большевик». Он тоже работал, выпускал хромовые кожи. Почти вся продукция обоих этих предприятий шла на нужды армии.
С правой стороны улицы Ворошилова, сразу у моста, располагались чугунолитейные мастерские общества инвалидов, представлявшие из себя одноэтажные строения из кирпича и досок. Мастерские пустовали. Не работал и дрожжепаточный завод. Но внутри его частично уцелевшего главного корпуса уже велись монтажные работы.
