– И майтеру Мрамор надо предупредить. Нет, пересказывать ей услышанное от тебя я не собираюсь, но на всякий случай предостерегу. Майтера Роза нам тут не помощница. Только испортит все. А вот помощь майтеры Мрамор вовсе не помешает. Майтера Мрамор вообще настоящее чудо, хотя, разумеется, одновременно находиться в своем классе палестры и в классе майтеры Мяты ей не по силам. Спасибо тебе, Синель.
– Должна же я была хоть слово сказать, – проворчала Синель, промокая платком нос и глаза. – Теперь насчет денег. Я о них думала, пока ты был занят в мантейоне, потому что деньги мне скоро потребуются. Новое занятие себе буду искать. Лавку, к примеру, заведу или еще что-нибудь этакое… и тебе, Шелк, помогу всем, чем могу. Делим поровну?
Шелк отрицательно покачал головой.
– Мне нужны двадцать шесть тысяч для Крови, чтоб выкупить у него наш мантейон, и это прежде всего. А что останется, можешь забрать себе. Допустим, нам каким-то образом удастся раздобыть сто тысяч, хотя я понимаю, насколько это абсурдная сумма… тогда забирай из них семьдесят четыре. Но если добудем только двадцать шесть, вся сумма достанется Крови.
Сделав паузу, он окинул Синель пристальным взглядом.
– Да ты дрожишь! Может, тебе одеяло из обители принести?
– Не нужно, патера. Минута-другая, и все пройдет. И все будет в порядке. Я с этим справляюсь куда лучше нее. Да, я согласна. На твое… предложение? Я об этом уже говорила? Да, на твое великодушное предложение. Думаю, так его следовало бы назвать… А какой-нибудь план у тебя уже есть? Я неплохо справляюсь с… с некоторыми вещами, но строить планы – не мой конек. Совсем не мой. Шелк… Шелк? Да, и не ее тоже. Правильно я говорю?
– По моим впечатлениям, да, хотя я не слишком хорошо ее знаю. Однако я надеялся, что план разработаешь ты. Как Синель, ты знакома с Журавлем куда лучше, чем я, и куда отчетливее представляешь себе шпионскую деятельность, в коей он, согласно тобою сказанному, замешан.
– Я пробовала придумать что-нибудь. Вчера вечером, да и сегодня с утра. Проще всего, наверное, пригрозить ему разоблачением. Посмотри, что у меня есть.
С этими словами она извлекла из кармана платья фигурку Сфинги, вырезанную из твердого темного дерева.
– Вот это я должна была отдать женщине, держащей лавку на… рынке? К ней-то я и собиралась, когда… сам знаешь. Потому и оделась так… быстро? Но до рынка так и не дошла. Пришлось остаться у Орхидеи. Отчего, тебе прекрасно известно. А там начался обряд экзорцизма. Твой обряд, Шелк? Поэтому до рынка я добралась перед самым… закрытием? К тому времени все торговцы уже разошлись, кроме тех, кто собрался остаться там до утра. Чтобы присматривать за… товаром? И женщина та ушла тоже.
– Сфинга здесь при мече, – пробормотал Шелк, приняв у нее моленный образок. – С мечом ее изображают почти всегда, но в другой руке она держит нечто квадратное… возможно, скрижаль или лист бумаги. По всей видимости, он должен представлять собою наказы Паса, но, кажется, подобного я прежде не видел ни разу.
Пожав плечами, он вернул резной образок Синели.
– А завернув в лавку этой торговки, увидел бы. У нее всегда имеются три или четыре… таких же? Но чаще всего больше этой. Мне было велено отдать ей свою, а она должна была сказать в ответ что-нибудь вроде: неужто не нравится, такая красота, и почти даром? Я покачала бы головой и отправилась восвояси, а она выставила бы фигурку на прилавок, к остальным, будто я только на минутку ее брала, поглядеть.
– Понятно. Возможно, эту лавку действительно стоит посетить в ближайшее время.
Тут Шелк на минутку замялся, не зная, до каких пределов может злоупотреблять благосклонностью богини, и наконец решился рискнуть.
– Какая жалость, что ты в действительности не Киприда! Быть может, Киприда сумела бы объяснить мне значение…
– Человек… пр-ришел! – объявил Орев с вершины беседки.
Спустя еще миг оба услышали громкий стук в дверь обители.
Шелк поднялся на ноги и выступил из-за плетей винограда.
– Чистик, мы здесь! Присоединишься? Рад видеть тебя! Со мной еще некто, кого, может статься, будешь рад видеть ты.
– Чистик? Это ты? – окликнула гостя Синель. – Нам нужна твоя помощь.
Чистик в изумлении разинул рот.
– Синель?
– Да! Тут, в беседке. Иди сюда, сядь со мной.
Шелк раздвинул виноградные лозы, чтоб Чистику проще было войти в беседку, и к тому времени, как он нырнул внутрь сам, Чистик уже сидел рядом с Синелью.
– Очевидно, друг друга вы знаете, – заметил Шелк.
Улыбнувшись до ямочек на щеках, Синель внезапно показалась ему нисколько не старше девятнадцати лет, на каковые и претендовала.
– Помнишь, позавчера днем, патера? Я говорила кое о ком помоложе. Кое о ком помоложе Журавля. И еще говорила, что он, наверное, согласится мне… нам помочь. Помочь с Журавлем.
Чистик, заулыбавшись от уха до уха, обнял ее и привлек к себе.
– А знаешь, Синель, я ж, кажется, днем тебя еще ни разу не видел! Ну что сказать… выглядишь куда лучше, чем ожидалось!
– А я всегда знала, как ты… симпатичен? Как ты симпатичен, Чистик, – откликнулась Синель, легонько, быстро поцеловав его в щеку.
