В главе «Распятие» воплощена библейская тема, хотя в смысловом отношении она охватывает все пространство поэмы. Ей предпослан евангельский эпиграф: «Не рыдай Мене, Мати, во гробе сущу». Образы матери и сына соотносились в сознании Ахматовой с евангельским сюжетом, что расширило рамки «Реквиема» до огромного, всечеловеческого масштаба. Судьба героини выступает и как определенный символ страшной эпохи, и соотносится с библейской драмой Богоматери. Все эти планы тесно переплетены между собой и позволяют считать поэму выражением не только личной, но и всенародной трагедии. Простая суровость формы, противостоящая страшному содержанию, делает «Реквием» произведением, созвучным той апокалиптической поре, о которой оно повествует.
«Эпилог», состоящий из двух частей, сначала возвращает читателя к мелодии и общему смыслу «Предисловия» и «Посвящения», здесь снова возникает образ тюремной очереди, но уже как бы обобщенный, символический, не столь конкретный, как в начале поэмы.
А дальше звучат такие строки:
Мотив заступничества, связанный с образом Богоматери, пронизывает «Эпилог» поэмы: «И я молюсь не о себе одной…» Вторая часть «Эпилога» развивает тему памятника, к которой в русской поэзии обращались Г. Р. Державин, А. С. Пушкин и другие поэты, приобретающую под пером Ахматовой совершенно необычный – трагический смысл. Памятник поэту должен быть поставлен, по его желанию и завещанию, у тюремной стены в память о всех жертвах репрессий, замученных в 30-е и другие страшные годы.
Реквием – это заупокойная месса, которая содержит просьбу вечного покоя. Но невозможно забыть это безумие, эту нечеловеческую боль. И память должна воплотиться в памятнике, поставленном в этих очередях великому народному страданию.
Глубокая идея «Реквиема» раскрывается с помощью интонации, синтаксиса, словаря. Удивительна художественная точность в передаче самой атмосферы времени. Используя разнообразные изобразительные и выразительные средства, Ахматова показывает глубину народного горя, трагедию жизни 30-х годов.
Создание «Реквиема» потребовало от автора музыкального мышления для объединения отдельных разрозненных частей – лирических стихотворений – в одно единое целое. Примечательно, что и эпиграф, и «Вместо предисловия», написанные значительно позднее основного текста стихотворного цикла, воспринимаются органически – именно благодаря внутренней музыкальности. Увертюрой – оркестровым вступлением – звучит главная тема сочинения: неотделимость судьбы лирической героини от судьбы своего народа. Финал произведения, его «Эпилог», выводит трагическую мелодию вечной памяти по усопшим за пределы земной реальности. Русская поэзия знала немало примеров, когда жанр музыкального произведения становился формой для выражения поэтической мысли. Для Ахматовой именно реквием явился идеальной формой освоения трагического сюжета русской истории, в котором авторская судьба поднялась до небывалых обобщений.
