Литеродура полностью

– Медведи у метро – это самая дурацкая ситуация в твоей жизни или бывало похлеще?

– Самое дурацкое – когда я впервые пришла на съёмки и не узнала режиссёра…

Так, дальше пошли совсем личные вопросы. Как приличный человек это может спрашивать у незнакомого человека? Такое я не могу произнести, только по бумажке зачитать и покраснеть, но Аню ничего не смущало, она потягивала свой эспрессо и морщилась, будто принимала мерзкий медикамент.

– Ты встречалась с кем-нибудь из «Средняшки» или предпочитаешь заводить отношения вне съёмочной площадки?

Рогова захохотала:

– Какие отношения? Я работаю, как раб на плантациях, – тоже не для печати. Напиши, что моя любовь пока останется в тайне, личная жизнь не должна становиться помехой для работы, даже если ты встречаешься с коллегой… Ха, интересно, на кого из наших теперь падёт подозрение? Прикол! Замес нормальный…

– На что ты потратила первые большие деньги? У тебя были безумные траты?

– Очень много денег ушло на лечение бабушки, а потом на её похороны: ей хотелось лежать на кладбище именно здесь, в Москве, но участки стоят запредельно. Нет, не тема для молодёжки. Допустим, я ответила, что первые гонорары спустила на поездку в японский Диснейленд и там же впервые влюбилась… в симпатичного японца, похожего на анимешку, его звали Какава Хиросаки.

– Как ты обычно снимаешь стресс?

– Сплю. Да он хронический, не снимается. Напиши, что я занимаюсь фитнесом всё свободное время.

– Не было желания свести веснушки? У тебя есть комплексы насчёт своей внешности?

– Комплексы были, есть и будут всю жизнь, а для прессы отвечу, что веснушки – моя визитка или бренд, а комплекс только один: слишком красивая, постоянно пацанов отбиваю у всех, за это меня их бывшие ненавидят и помоями обливают. Чтобы избавиться от комплексов, нужно перестать себя сравнивать с кем-либо: со звёздами, с подругами – и креативить, находить что-то своё, индивидуальное, яркое.

– Лера Мишина похожа на тебя или вы абсолютно разные?

– Странный вопрос… Ладно. Я похожа на Леру, как и на любую обыкновенную девчонку пятнадцати лет, – у нас у всех одни и те же проблемы и интересы, я ведь не космический пришелец, а человек.

– Какие цели ты ставишь в своей карьере?

– Хотелось бы добиться успеха в шоу-бизе пока здесь, но в перспективе готова покорять мир.

Я выключила диктофон, Аня Рогова принялась уписывать свой салат за обе щеки с феноменальным драйвом.

– Ты торопишься? – спросила я.

– Привычка. Жизнь в темпе аллегро. У меня ещё час десять до конца перерыва, надо поспать успеть, а то сегодня долгая съёмка.

– Понятно.

– Как газета-то называется? Прости, забываю информацию на ходу.

– «Gazz».

– ОК.

Я отправила интервью по e-mail Олегу, до ночи сидела расшифровывала, чтобы быстрее отмучиться, и сразу добавила этого Олега во все существующие в природе чёрные списки: в почте, в телефоне, в соцсетях и в моей жизни. С журналистикой покончено. Бабушка В. не разговаривала со мной два дня. Сама виновата.

Заключительный аккорд – мне позвонила… Аня Рогова! Точнее, позвонила она маме: у Роговой мамин же номер отобразился, а мама дала мой. Ф шоке. Рогова благодарила за интервью, точнее, за то, что конфиденциальной информации там не оказалось. Да, видимо, я совсем не в теме: прожжённый журналюга наверняка написал бы и про хиджаб, и про стоимость места на кладбище, и про медведей в Доме ребёнка… Но я тормоз, отстойница. Кстати, Олег через бабушку требовал исходник, то есть диктофонную запись, но я уже успела её стереть – и правильно сделала.

Рогова отбросила на меня тень своей популярности – точнее, отблеск света своих прожекторов славы: во-первых, одобрила Ника, во-вторых, Ника дала ссылку на своей страничке и прокомментила, что это я брала интервью, в-третьих, даже Ангелина Козлова, неприступная, как скала, как гора Олимп, спустилась наконец с заоблачных высот и спросила у меня на перемене: «Ну чо Рогова?» Впервые за полтора года Козлова обратила на меня внимание! «Норм», – ответила я.