– Абсолютно.
– Тогда что заставляет тебя думать о нём плохо?
За дверью послышалось журчание.
– Мне брат о нём рассказывал.
– Плохое?
– Да.
– Что именно?
– Ну… Он говорил, что Боров жестокий. Называл его садистом, который любит доставлять людям неприятности и создавать проблемы. Твердил, что Боров не показывается людям, потому что опасается покушения на свою жизнь. И не ради тёплого места, а просто. За всё хорошее… Мол, он настолько всех запугал, что его люди стараются не смотреть на него и не знают, как он выглядит!..
– Его просто мало кто знает в лицо, – невозмутимо поправил собеседнику мужчина.
– Вот видите, вы даже не спорите!
– С чем? С пустыми обвинениями покойного? Тут и спорить-то нечего, достаточно лишь спросить, откуда твой брат всё это взял, да ещё в таких подробностях.
Лео замялась:
– Ну… Не знаю, но я склонна ему верить.
– Твоё право, конечно. Хотя я предполагаю, что он вынес эти страшилки из разнообразных слухов, которые имеют мало общего с реальностью, зато в целом хорошо отражаются на делах нашей организации. Репутация дорогого стоит.
Девушка вышла из кабинки и молча направилась к раковине.
– Но ты должна понимать, что мои слова тоже стоит принять к сведению. Даже если твой брат приукрасил всё не в лучшую для нас сторону.
Лео тщательно намылила руки, продолжая помалкивать.
– Вот скажи, меня ты тоже считаешь таким, как Боров?
– Я не знаю, какой вы на самом деле.
– И Борова ты тоже не знаешь! Поэтому погоди судить.
– Мне незачем ждать. Чтобы создать хотя бы тень той репутации, что имеется у Борова, надо совершить немало ужасных поступков как в прошлом, так и в настоящем!
– Наша работа специфична и накладывает некоторый отпечаток… В организации встречаются очень разные личности, зачастую криминальные, отсюда и соответствующие методы, иначе Боров быстро перестанет быть авторитетом. Но кто сказал, что ему это нравится? Сам он не убийца, точно тебе говорю.
Они вернулись к дивану.
– Ложись, я привяжу тебя обратно, – напомнил мужчина.
– Может, не надо? Вы можете закрепить поводок где-нибудь…
– Я ещё недостаточно тебе доверяю и не знаю всех секретов этого места, которое ты изучила как свои пять пальцев. Ложись.
Лео подчинилась.
– Так вот. Вернёмся к Борову. Мне кажется, он мечтает создать семью, а тебя считает подходящей кандидатурой.
– Но он же старый!
Привязав одну руку, мужчина замер:
– Скажи, а я старый? По-твоему?
Леоника вгляделась в его лицо:
– Вам около сорока лет… Значит, вы в два раза меня старше.
Мужчина улыбнулся, возвращаясь к работе:
– Это не прямой ответ, но я тебя понял. Боров выглядит так же, а сколько ему лет не знает никто.
– Вы его знаете лично?
– Разумеется.
– А остальные?
– Таких мало, тут твой брат был прав.
– Но ему должно быть не меньше шестидесяти!
– Почему? – оторопел мужчина.
– Ну, не мог же он за несколько лет добраться от низов до вершины, верно? На это нужно минимум лет двадцать, ещё столько же на взросление и примерно столько он всем заправляет. Плюс войти в эту систему… Кстати, а кто бы до Борова?
– Его приёмный отец. Как и многие наши ребята, как я или ты, Боров рано осиротел и был вынужден ступить на извилистый и скользкий путь ещё в детстве. А к своему второму отцу он попал в возрасте шестнадцати лет.
– И давно это случилось?
Мужчина пожал плечами:
– Никто не знает.
Он закончил крепить тело девушки к раме, которая, кстати, была намертво привязана к дивану, накрыл Лео одеялом и вернулся в свою кровать.
– А вообще, как я понял, твой брат не очень хотел влезать в нашу организацию и иметь к нам какое-либо отношение. Такие бывают, и мы этому только рады. Если бы обычных работяг не осталось, то ими стали бы все, и мы в том числе. Спокойной ночи.
С этими словами мужчина выключил фонарик, погрузив комнату в темноту, и Лео тотчас провалилась в сон, даже не вспомнив о голоде. Наступившую тишину нарушал лишь тихий храп телохранителя.
Пьер стоял, прислонившись к дереву, и лениво наблюдал за тем, как Вик прутиком чертит на земле бессмысленные узоры. Ничто не предвещало беды, как вдруг на краю поляны зашевелились кусты, пропуская всадника с двумя нагруженными лошадьми… Однако появление необычной компании осталось незамеченным.
– А вот и мы! – послышался задорный возглас. – Скучали?
Вздрогнув, демориаты синхронно повернулись на голос, вместо ожидаемой опасности узрев Дрея, гордо восседающего в седле.
– Что это?! – выдохнул Пьер.
– Кажется, лошади… – отбросив палку, выпрямился Виктиандр.
– Три?
Молодой капитан заливисто рассмеялся:
– Конечно, каждому по штуке! Или вы думали, что мы все взгромоздимся на одну спину? Ну уж нет, извините, я хочу путешествовать с комфортом! – Он приблизился к товарищам и спешился. – Знакомьтесь. Вот эта, – Дрей похлопал ближайшую лошадь по рыжему крупу, – девочка, остальные мальчики. Возраст один, окрас, как видите, тоже…
Мужчины слушали вполуха, шокировано рассматривая лошадей, которые отвечали им взаимностью. Особо усердствовала кобыла: поворачиваясь к новым знакомым то одним глазом, то другим, она старательно вытягивала шею и широко раздувала ноздри на вдохе.
