После Пёрл-Харбора генерал приглашает его в Пентагон, и тот ему сразу понравился своими дельными соображениями. А уже в феврале 1942 года Маршалл назначает его начальником оперативного управления – это мозг сухопутных сил, ключевого вида вооруженных сил. Здесь начинается его большая карьера как стратега. Ему пришлось заниматься взаимодействием с британским военным командованием, что требовало, конечно, политических и дипломатических качеств. Впервые здесь он проявил себя неплохим дипломатом.
На тот момент Эйзенхауэр был бригадным генералом, это низшее генеральское звание. И вот здесь он развернулся, потому что уже в марте 1942 года под его началом управление вырабатывает первый набросок самого знаменитого «Оверлорда», высадки в Нормандии. Он понимал, что разгромить Германию можно, только ударив по цитадели, кратчайший путь был через Север Франции. И вот эта идея у него прочно засела с самого начала, и он таки ее пробил, потому что в апреле 1942 года англичане согласились на этот вариант, но потом дали задний ход. Однако через 2 года операция «Облава» («Раундап») была реализована – это было настоящее массированное вторжение силами 48 дивизий.
Идея высадки в Нормандии именно в этом месте, таким способом и своими силами – это идея Эйзенхауэра, поддержанная, естественно, руководством. Маршалл хорошо понимал стратегический смысл этого дела, иначе Германию было бы не разбить.
По сути, США очень коротко поучаствовали в Первой мировой войне и, собственно, нигде не воевали между 1918 и 1941 годами. Но все-таки у них нашлась военная школа и военные, которые были способны обладать инициативой в разработке таких оперативных крупнейших операций. Это был качественный скачок. Буквально за пару лет они быстро провели мобилизацию и вступили в войну.
Идея высадки в Нормандии именно в этом месте, таким способом и своими силами – это идея Эйзенхауэра.
Рузвельт по-настоящему узнал Эйзенхауэра, когда он был назначен в Европу главным американским командующим, и потом все последующие назначения всегда одобрялись президентом.
В 1942 году Эйзенхауэр командовал высадкой в Северной Франции. Это была большая десантная операция. И несмотря на неблагоприятные погодные условия, он взял на себя риск и все-таки начал ее. Это был его первый личный боевой опыт, и надо сказать, не совсем удачный, поскольку операция затянулась. Хотели разделаться с Осью еще к Рождеству, а закончили только в мае. Это, конечно, подрубило все планы на большой второй фронт в 1943 году.
Крупная операция «Хаски», в которой участвовал Эйзенхауэр вместе с англичанами, была проведена в 1943 году в Сицилии. И довольно быстро они начали продвигаться на север.
Эйзенхауэр не был кабинетным полководцем, он часто выезжал на передовую, общался с рядовым составом, что было несвойственно даже в Америке, довольно демократической стране. Это его отличало от большинства американских генералов. Он понимал значение морального духа и что его личное присутствие очень важно для солдат. Он был смелый человек. За это его уважали и армия, и союзники, считая образцовым генералом.
При подготовке к высадке в Нормандии, он написал такую записку, где расписался, что в случае неудачи берет ответственность на себя. Тогда тоже была очень плохая погода, но откладывать дальше было нельзя, поэтому надо было принимать решение, и он все-таки взял на себя эту ответственность.
Он был одним из самых продвинутых командующих, чему способствовали давний его интерес к военной истории, теории, к военному искусству, его образование в этом направлении, ему принадлежат некоторые новации. Например, еще во время высадки в Сицилии он придумал концепцию эшелонированного десантирования, когда десант идет в несколько этапов, и каждый раз расширяется плацдарм, и высадившиеся уже обеспечивают прикрытие новым. То, что потом было сделано в Нормандии. Сложность задачи Эйзенхауэра еще состояла в том, что он командовал союзными войсками. У него под командованием были и англичане, и канадцы, и бразильцы. И вот из такой разнородной силы он создал единый боевой организм, единую боевую машину. В конце войны под его началом было четыре с лишним миллиона человек, это больше, чем у любого другого командующего Второй мировой войны.
В конце войны под его началом было четыре с лишним миллиона человек, это больше, чем у любого другого командующего Второй мировой войны.
В 1942 году были еще сложности, неудачи, разногласия с британским визави, заместителем Маршалла Монтгомери, который был более осторожен и менее решителен. Это часто служило источником конфликтов между ними. Но в целом ему удалось создать такую союзную боеспособную объединенную силу. Это, конечно, требовало не только военных, но еще и политических организационных талантов, которые у него были.
