– Твою
– Ты о сестре говоришь…
– Да! Знаю! Что ты нашел в ней? Мы одинаковые, но меня ты только трахал, а с нее пылинки сдуваешь! Ой, Сонечка сейчас возьмется за иголку, – передразнила она на повышенных тонах, – ой, порежется, бедняжка! Противно на вас смотреть!
– Одинаковые, да не одинаковые, – с садисткой ухмылкой просветил ее Александр. – Оболочка одна, но у нее внутри свет, а у тебя тьма.
Я думала, она сейчас ляпнет что-нибудь про день поэзии или еще какую-нибудь гадость, но она вдруг налилась темно-багряным румянцем, а глаза сверкнули так, что сам Зевс бы испугался. Руки сжались в кулаки, она почему-то посмотрела на меня, исторгла с лютой злобой:
– Ненавижу!! – а затем резко вскочила, рванула во вторую маленькую спальню и хлопнула дверью так, что с потолка посыпалась штукатурка.
– Что с ней? – удивился Антон.
Я сперва тоже не понимала, а потом до меня дошло. История повторилась. Тот мальчик тоже сказал, что мы внешне похожи, но я – другая. И выбрал меня.
Разница лишь в том, что тот мальчик был мне безразличен и я бы с радостью ей его отдала, если бы это было возможно.
А этого не отдам.
– Хорошо, она хотела, чтобы Соня приехала вместо нее, – заговорил Саша, будто ничего не произошло, и обращался теперь только к Антону, – но зачем исчезать за месяц до дня Икс? Чтобы все успели с ума посходить, полицию на уши поставить, друзей, родственников и так далее? Чтобы весь месяц только о ней были разговоры?
– Нет, ты к ней несправедлив, – вступился за сестрицу ее дружбан. – Она хорошо знает Соню, она знает, что Соня… хм, как бы помягче… немного инертна.
– Спасибо, что не тормознутая…
Мимикой Тони передал, что вообще-то именно этот термин Эллой и использовался, и продолжил:
– И чтобы подбить ее на такую авантюру, Элка должна была пропасть надолго. Первые дни Соня бы надеялась на поиски силами семьи: родители и другие родственники. Затем подключили полицию. Первое время еще вы думали, что у нее есть сбережения и она на них живет, верно? – Я пожала плечами. Я не думала, что у нее их много. Я же говорю, родители нас не балуют деньгами на карманные расходы. – Ну, короче, Элька мне так объяснила. Она высчитала, что к тому моменту, когда придет письмо, приглашающее на очередной съезд, ты уже дойдешь до ручки и прочешешь все ее файлы в компьютере, влезешь в переписку. Переписка, кстати, для тебя велась, реальную мы удалили. Ты должна была клюнуть на фразу «я найду в августе» и чего-то там еще, уже не помню. Короче, ты должна была понять, что все ответы – в имении Павлецкого. Только так тебя можно было заманить.
– А как же переписка про кладбище? Она тоже для меня велась?
Когда стало ясно, что Тони не имеет представления, о чем я говорю, пришлось сознаться, что я прочитала его сообщение накануне исчезновения Эллы.
– Нет, мы просто договорились встретиться на кладбище, потому что мои родители еще были дома. Я поехал договариваться с хостелом, там иногда за взятку идут на уступки, регистрируют одного, а живет другой. А она должна была поймать частника и ехать на кладбище в Звездный. – Пока я офигевала от смелости сестры (ночью сесть в незнакомую машину), Тони продолжил рассказ с момента нашей с ним первой встречи: – Я выловил тебя у входа специально, она меня отправила за тобой. Мы знали, на каком автобусе ты приедешь. Ты меня чуть не спалила даже, я прятался за деревом. Но я хотел подойти к тебе возле самого дома. Если я начну заранее здороваться, ты могла среагировать как-то не так. А возле дома Павлецкого уже понятно, кто я. А стало быть, ты будешь вести себя как Элла.
– К чему такие сложности? Ты мог открыться мне.
Он покачал головой.
– Элла не велела. Сказала, что ты тут же заберешь ее домой, как только найдешь. Или вызовешь родителей. Мы не смогли бы убедить тебя расследовать. А для Эллы это очень важно.
– Скажи лучше про Макарова. Что он делает с девушками? Он их… насилует?
– Мы не знаем, – понуро опустив голову, ответил Антон.
– Знаем! – крикнула из комнаты Элла.
Господи, обидеться – обиделась, но при этом подслушивает!
– Никто из девчонок не сознался. Но некоторые, скажем так, элементы пазла сложились в одну картинку. Нужно, чтобы за Макарова взялись всерьез, и тогда они расскажут!
– К Аленке он точно не подкатывал, – заявил Саша.
– Ну, у твоей Аленки батя депутат. К таким маньяки не лезут, знаешь ли. У него особая клиентура. Сироты, неблагополучные семьи, наркоманки, такое всё…
Я вспомнила скользкие глазки, похотливые ручонки и мерзкую улыбочку Макарова, когда он общался с Милой и предлагал мне зайти к нему на чаек. Да, охотно верю.
– Но если это он покушался на Эллу, – продолжила я свою мысль вслух, – то зачем он звал меня вечером пить этот чай? Значит, он понял, что я – это я? Нашел уже новую жертву?
