— Новое, Тами. И немного старого. Я продолжу жить в этом поместье, заниматься виноделием, а Эстелла переселится в дом, который я ей создам...
Тамико опустила глаза:
— Бог виноделия, угу... А для меня ты что задумал?
Магнус широко улыбнулся:
— Любить тебя и заботиться о тебе. Ты всегда сможешь рассчитывать на мое покровительство без Эс и без кого-либо еще. Звать меня в любой момент, когда истинно, — он выделил слово, — этого пожелаешь... Некоторые проблемы вам с Лукасом полезно решать самостоятельно.
Тамико фыркнула:
— Вот теперь ты точно заговорил, как папочка! — она протянула руку и погладила — впервые за долгие дни! — Магнуса по руке, — Ты мой самый родной... Очень-очень...
Маг легонько сжал ее теплую ладошку.
— И это не кончится...
***
— Значит, Магнус собирается развести меня с Эс, не спрашивая мое на то согласие? — Лукас саркастически усмехнулся. — А потом он еще кого-нибудь разведет, и начнется бардак...
— Вооот, — губы Тамико разошлись в печальной улыбке, — я чувствовала какой-то подвох...
Лукас нахмурил густые брови красивой формы:
— Новоявленный бог любви довольно никудышно разбирается в предмете, и мне как царевичу анамаорэ это сильно не нравится...
— Что же делать, Лу? — Тамико умоляюще смотрела на него.
Лукас нежно погладил ее.
— Расслабься, Пушистик. Противостоять Хаосу, как всегда. Как было во времена древнего Ужаса. Тогда мы справились, вырулим и теперь. Раньше родители и братья, а сейчас я. Ты делаешь меня очень сильным, любовь моя!
Тамико задумалась:
— Может, мне упросить его так не поступать? В смысле с другими?
Лукас не возражал:
— Чую, с этим богом все методы будут хороши... А Кацуо ему побоку?
Тамико подтвердила:
— Совершенно... Я очень расстроилась, парень выглядел таким счастливым...
— Нда, — Лукас подпер лоб ладонью, сидя за своим рабочим столом, — пока от его божественных деяний проблем больше, чем радости... Кроме нашей с тобой эгоистичной...
— Ну вот, — Тамико произнесла очень тихо, — он все ради меня...
Интонация Лукаса изменилась, прежде немного растерянный, он заговорил уверенно:
— Хорошо, Тами. Мы примем этот подарок Магнуса. Примем Эс как его жрицу. Сами пройдем Церемонию и пригласим Кацуо. Иного варианта нет. А дальше что ж, если Маг захочет войны, он получит войну.
Милейшие ямочки в сочетании с длинными заостренными клыками и алыми отблесками в радужках глаз Лукаса смотрелись зловеще.
Тамико вздохнула.
Ее мужчины, гордые и великолепные, никогда не смогли бы дружить по-настоящему, и ей в который раз предстояло мирить несочетаемое.
Тамико почти оправилась и заметно повеселела. Чтобы закрепить эффект, Лукас все чаще мешал любимой работать.
Едва Тамико серьезно закапывалась в дела, он говорил:
— Сейчас еще добавлю дел, много-много! — а сам спутывал документы на ее столе и тянул ее куда-нибудь в другой мир. На улицу, вне Зала Лукас и Тамико у анамаорэ вдвоем не появлялись.
Они решили, что заставлять Агнес ждать их Церемонию слишком жестоко — пройти ту сразу после обожествления Магнуса было бы совсем неправильно. Зато уход за Кацуо-младенцем объяснил бы всем их близость.
***
Пока обескураженные и шокированные анамаорэ привыкали к появлению нового бога и его жрицы, с помпой обосновавшихся в отлично известном поместье эпатажного артиста и народного героя Магнуса, Лукас и Тамико обустраивали собственную жизнь.
Тамико вызвалась ухаживать за Мариной, и под этим предлогом в царских угодьях ей был создан личный дом. Еще более частым гостем Лукаса стал и Марек.
Желание бога расторгнуть сразу две Церемонии, одна из которых являлась царской, вызвало панику: семьи опасались за свою целостность, вдруг Магнус возжелает еще кого-то в жрицы или жрецы. Анамаорэ затаились в ожидании, но иных резких перемен пока не последовало.
В награду за его добрую встречу Магнус обещал подданным исполнение их мелких просьб, и любопытные потоком потянулись к его поместью.
Флавиан, потрясенный не менее других, прозрел, наконец, относительно подавленности Тамико, а на прямой вопрос, почему та не рассказала о превращении Магнуса раньше, Тамико ответила:
— Флав... Он мне не велел... Но ты все равно станешь моим сыном...
Флавиан нагнулся ближе к лицу Тамико, восходящее солнце освещало их фигуры.
— Твоим и… Лукаса?
— Да, — Тамико кивнула, — раз все случилось так, мы попробуем начать новые отношения...
Флавиан нахмурил брови:
— Только не думай, что я серьезно беспокоюсь о своем титуле! Я хочу, чтобы ты была любима... А царевич тебя любит... Всегда любил...
Тамико только мягко улыбнулась и обняла сына, маленькая-маленькая по сравнению с ним.
Оливер, чья жизнь также кардинально переменилась, жаловался Роберту:
— Прикинь, я теперь сирота! Магнус бог, что твоя Кэйли, а значит мне никто, а «мама» Нели, сам понимаешь, какая мама... Ничего, потом я выберу себе другую семью. Понормальнее...
Роберт глядел понимающе-сочувственно.
Лукас предупредил Агнес, что им с Кацуо придется немного отложить перерождение. Агнес, до крайности впечатленной случившимся с Магом, было нечего возразить.
