Са-оир с Сэтору вместе уходят в гостевую, где сложены все вещи. Я же на минуту задерживаюсь, ещё раз взвешивая, стоит ли говорить именно сейчас о том, о чём собирался. Ведь мы пока не имеем веских доказательств нашей теории. Но с другой стороны, у нас нет полной информации и о том, какими способностями владеет наш противник. Нельзя позволять Лине поддерживать с ним связь.
− Маловероятно, чтобы этот богар, которого ты называешь Морадом, достал тебя ментально здесь, на корабле, но всё же хочу предупредить. Не доверяй ему и больше с ним не разговаривай. Он тебе не друг и не союзник.
− Почему я должна вам верить? В свете того, что он помог мне сбежать, ваши слова звучат довольно предвзятыми, − ровным тоном замечает она.
− Возможно, − соглашаюсь. – Но задай себе вопрос, почему именно сейчас мы тебя смогли найти? Что нас привело к тебе?
− Связь с сыновьями? – хмурится Лина.
− Да. Но почему он позволил этому случиться? – склоняю голову набок. – Какую игру ведёт? Закрыв тебя, не подумал закрыть их? Тебе самой не кажется это глупым? Ты знаешь, где именно он открыл портал между нашей и этой вселенными?
− Нет, мы просто летели и я в какой-то момент почувствовала переход. В космических координатах я совершенно не разбираюсь, − натянуто признаётся она.
− Тогда я тебе расскажу. Он открыл переход там же, где и мы, спустя четыре месяца, двигаясь по твоему следу. В секторе Тавра, рядом с астероидом Призраком, воспользовавшись его аномальным излучением. О том, что это в принципе возможно, кроме узкого круга ранвишей, свято блюдущих свои тайны, до недавнего времени не было известно никому, кроме одного высшего ашара. Подсказать, кого я имею в виду?
Мне на ум приходят только два имени. И оба принадлежат покойникам. Но если тело императора Этельче, насколько мне известно, нашли на его же корабле и с почестями кремировали, как принято проводить погребения у ашаров, то второй вроде как сжёг себя сам, и нигде не осталось даже его останков. Так может, он смог как-то выжить?
− Менетнаш? – уточняю хрипло, высказывая ту смутную догадку, которая уже приходила мне на ум, но я упорно гнала её прочь.
− Да, Лина. Он один точно знал, что собой представляет Призрак. Даже ранвиши в полной мере не осведомлены, что именно они с таким рвением используют в своей оборонной системе. Не думаю даже, что нашему отцу было всё известно.
− И что же этот астероид собой представляет? – поднимаю взгляд на мужа. Чувствую, что именно в этом кроется секрет их внезапного появления. Как и многого другого.
− Это осколок из погибшего мира богаров. Я полагаю, что таких может быть гораздо больше и не только в нашей Вселенной. Его чужеродные, мощнейшие излучения настолько искривляют пространство, что в ближайшем радиусе действия периодически возникают разрывы.
− И пропадают корабли, − шепчу потерянно.
− Да. И это делает возможным открывать пространственные переходы. Особенно теперь, когда нами сломан запрет Абсолюта, − смотрит мне в глаза А-атон.
− О чём вы? – хмурюсь недоумённо.
− Сэтору уверяет, что Абсолют, покидая нашу Вселенную, грубо говоря, наложил запрет на её посещения для себе подобных. Запечатал её. Чтобы сберечь этот мир для своих потомков, ашаров. И с тех пор богары здесь больше не появлялись. Открыв врата Маран-Дэш, мы вчетвером сломали эту печать.
− Но как же тогда сила Морада? Я думала, он один из богаров. И он это не отрицал. Неужели Менетнаш обладал таким могуществом?
− Нет. Не обладал. И нам ещё предстоит узнать, как он его обрёл, − ровным тоном отвечает мне муж.
− Если это он, − замечаю, не в силах до конца поверить.
− Даже если не он, ты не знаешь, какие игры ведёт это существо, какие у него договорённости с Абсолютом и как он может использовать в своих играх тебя и наших детей, − настойчиво, даже с нажимом произносит А-атон, буравя меня строгим взглядом. – Ты обязана понимать, что доверять ему опасно.
− Он принёс мне богарские клятвы, что не причинит вреда ни мне ни детям. Что спрячет нас и обеспечит защиту, − возражаю запальчиво, желая доказать, что мой побег не был таким сумасшедшим и безответственным безрассудством, как выглядит со стороны. О том, что он поклялся также разорвать мою брачную связь с мужьями, я благоразумно молчу.
− И где он был, когда появились мы и ты его позвала? – появляется на пороге Са-оир, держа перед собой одну из детских кроваток.
Метко. Ничего не скажешь. Я сама задаюсь этим вопросом, как и тем, почему Морад позволил мужьям засечь нас. Но всё же отступать мне не хочется. Впервые за время нашего знакомства с Повелителями я позволяю себе говорить и действовать без оглядки на их одобрение, и меня пьянит эта… свобода.
− А меня нужно от вас защищать? – прищуриваюсь. – Вы же сказали, что не причините мне вреда.
− Не причиним, − улыбается тёмный Повелитель. – Тебе больше не нужен этот сомнительный защитник.
