— О, конечно же, бывают! Зачастую они очень разные. В форме короткого ножа, кинжала, топора, болина или даже серпа. А также конической формы, потом еще в форме резца и острия копья. Здесь очень много разных вариантов. Более того, варьируется не только сама форма, но и материал! Ритуальные ножи изготавливают из стали, меди, обсидиана, нефрита, в редких случаях из драгоценных металлов. Но это редко, драгметаллы чаще используют для украшения, инкрустации или нанесения узоров другими способами. Впрочем, Женечка, это отдельная тема. Можно даже сказать — отдельный мир.
— А для каких именно ритуалов могли использовать подобный клинок? И в какой культуре?
— Вот этого уже, Женечка, не скажу, не владею подобной информацией. Будь то ритуалы язычников, или колдовские — шаманские, в этой теме ваш покорный слуга совсем не силен. Но справочки могу навести.
— Если вас не затруднит, Дмитрий Александрович. Я буду очень вам благодарна.
— Конечно, о чем речь! Спрошу у знатоков этой темы. Или подскажу, с кем вам побеседовать стоит.
— Спасибо, так тоже неплохо.
— Да, значит, договорились. Тогда вернемся к предмету нашего обсуждения. Сохранность клинка очень хорошая, так же замечательно сохранилась и рукоять. Я уже отмечал, что она выполнена из дерева, а это, как ни крути, материал не особо долговечный, бывают сколы. И орнамент из медной проволоки хорошо сохранился. Декоративные вставки из перламутра и коралла тоже на удивление на месте все.
— Думаете, кинжал реставрировался?! — снова заинтересовалась я.
— Пока не могу сказать. На первый взгляд не видно вмешательства другого мастера, но это как раз может быть отличительным признаком хорошего специалиста.
— Каких ведь в Тарасове немного?! — Я очень надеялась, что появится четкий след.
— Дорогая Женечка, хороших специалистов по всей стране единицы. Максимум десяток наберется.
— Хорошо. Что можно сделать, чтобы точно узнать, проходил ли клинок реставрацию? А главное, если «да», то где и кто ее делал?
— На клинке отсутствуют клейма и маркировки, что обычное дело для кустарного производства того времени. Какой клей применялся, тоже не понять без специальной экспертизы. Но если вы можете мне оставить кинжал, я осторожно проведу анализ. Смогу выяснить возраст клея. И таким образом мы получим ответ на вопрос, приложил ли к этому оружию руку современный мастер. Или это и впрямь такая хорошая сохранность. А еще я на досуге наведу общие справки об этом оружии. История происхождения, кто покупал-продавал и так далее.
— Меня еще интересует его стоимость и кто это оружие приобретал. Я имею в виду его последнего покупателя. Это, пожалуй, главное, что необходимо выяснить, если получится. Только, Дмитрий Александрович, будьте очень осторожны!
— Обижаете, Женечка! Я всегда очень аккуратен и ни за что не испорчу ваш замечательный экземпляр.
— В этом как раз я ни на миг не сомневалась! И говорю, что вы должны быть очень осторожны, когда станете справки наводить. Моей клиентке этот кинжал прислали с настоящим сердцем, из плоти!
— Ого! Значит, дело и правда нешуточное!
— Дмитрий Александрович, эта информация только между нами. И сообщила я ее вам лишь для того, чтобы вы осознавали степень опасности. Этот даритель по меньшей мере странный. И однозначно опасный. Так что вы можете отказаться, если опасаетесь последствий.
— Мы, коллекционеры со стажем, всегда опасаемся последствий. Всегда просчитываем вероятности и вечно настороже! Не беспокойтесь, Женя, я буду осторожен. Что касается стоимости экземпляра, рискну сказать: навскидку — тридцать пять — сорок тысяч рублей за него можно выручить. На аукционе, может быть, немного больше ввиду хорошей сохранности и особенно если реставрация не проводилась.
— Я думала, такой экземпляр немного дороже стоит.
— К нему в комплекте должны идти ножны. Полагаю, в виде деревянного двусоставного футляра, который по традиции тоже украшен инкрустацией, перламутром и камнями, а также узорами на лицевой стороне.
— То есть если даритель приобрел кинжал с ножнами, он заплатил за него примерно какую сумму?
— Рискну предположить, что тысяч восемьдесят-девяносто. При условии такой же замечательной сохранности ножен, разумеется.
— А если некоторые вставки на лицевой стороне ножен были утрачены?
— Тогда около шестидесяти, не более.
Разумеется, я так настойчиво выясняла стоимость кинжала, присланного Татьяне, вовсе не из меркантильного интереса. Беглый анализ презентов, которые наш преследователь посылал предмету своего обожания, намекал, что это человек не бедный, с доходом если не приличным, то гораздо выше среднего. И, разумеется, мне было важно знать точно, какими именно суммами он способен оперировать. Ведь это тоже небольшой штришок к портрету подозреваемого, что так медленно и неохотно, но все же вырисовывался перед моим взором.
Через некоторое время я простилась с гостеприимным хозяином дома, еще раз напомнила ему о необходимости соблюдать осторожность и просила звонить, как только появятся любые известия.
