Ждать пришлось долго. Несмотря на то или именно потому, что командира ларсцев предупредил не только я, но и Хаммурапи, отнеслись с обычным пофигизмом. Видимо, никто не верил, что ворота действительно откроют. Первые воины подошли, где-то через полчаса, когда я послал гонца к шакканакку Вавилона и второго — к Циллишамашу. Шли не по одному, а группами, переговариваясь вдобавок. Я не учел отсутствие дисциплины и дебилизм нынешних вояк. К счастью, защитники города были не лучше. Мои тумаки быстро вразумили болтунов, сразу начали вести себя тише, а зайдя в город, и вовсе сосредоточились, приготовились к бою. Первую сотню я оставил охранять подходы к воротам, а следующих направлял сперва на сторожевой ход, чтобы ждали там. Постепенно отдельные группки превратились в тонкий ручеек, который становился все шире. Когда зашло сотни три, я повел свою десятку внутрь города, а оставшимся приказал держать оборону, пока не подойдут основные силы.
Мой отряд шел посередине улицы, как будто мы малгиумцы, ночной дозор, у которого закончились факела. Из пары дворов нас обгавкали собаки. Не там их держали во время осады. Никто не помешал нам дойти до той части города, что была возле ворот, ведущих к реке Тигр. Тут, как мне сказал один из добровольцев, бывавший в Малгиуме вместе с купцом Лунанной, находился район богачей. Мы выбрали четыре двора побольше и подождали, когда со стороны открытых ворот послышались громкие крики и звон оружия.
Я разделил свой отряд на три группы по три человека и направил в три двора:
— Сперва быстро забирайте самое ценное и несите в четвертый двор, где буду я. Потом возвращайтесь за остальным. Скоро сюда набежит много желающих пограбить, — а десятому приказал: — Стой на улице и отгоняй остальных. Говори, что эти дома захватили те, кто открыл ворота, но в драку не ввязывайся. Если будут наглеть, отступай во двор и зови меня.
Четвертый двор был самый большой и домов в нем целых три, не считая хозяйственные постройки. В кошаре, расположенной сразу у ворот, метнулись от меня к дальней ограде овцы. Отара большая, голов на пятьдесят. Из постройки рядом с ней вышел старик-раб с выбритыми волосами ото лба до темени. Увидев меня с саблей в руке, замер, покорно склонив голову.
— Буди своих бывших хозяев, выгоняй во двор, — приказал я. — Теперь они будут такими же вардумами, как ты.
— Сейчас сделаю, господин! — радостно произнес он и рванул к самому большому дому.
У старика появилась редчайшая возможность рассчитаться за многие годы издевательств. Пусть потешится.
34
Разграбление Малгиума продолжалось два дня, после чего бо́льшая часть армии вавилонян отправилась восвояси. Приближалось время сбора фиников и многих огородных культур. Остался отряд в три сотни человек, который присматривал за тем, как рабы-мужчины сносили крепостные стены и разрушали дома, в первую очередь квартал местного шакканакку, убитого ночью во время захвата города. Оказывается, это он ходил с факелом, проверял посты. Одну ночь поленился — и поплатился. Не знаю, чем именно провинился город перед Хаммурапи, но причина была весомой, раз решил сравнять его с землей. Сейчас так не поступают. Захваченную территорию включают в свои владения, увеличивая приток налогов и армию, раздавая наделы воинам.
Ларская армия отправилась домой на третий день. Задержались, чтобы сколотить плоты из пальмовых стволов и досок и брусьев, найденных в городе. Здесь древесины намного больше, потому что горы ближе. По прибытию к месту назначения плоты будут разобраны и разделены, как часть добычи. Сложили на них всё мало-мальски ценное, включая свежие, не выделанные шкуры. Тягловый и вьючный скот и рабов, нагрузив, погонят по правому берегу реки Тигр, а овец, коз и птицу порезали и съели. Прямо таки давились мясом. Как догадываюсь, некоторые за год не съедали его столько, сколько в захваченном городе за три дня.
Я с самой объемной, тяжелой и ценной добычей отправился на плоте. Так комфортнее и быстрее. Адад с нашим ослом и еще одним, трофейным, тоже нагруженными, пойдет по суше.
Взяли мы неплохо. По обеим армиям распространился слух, что Малгиум захватили, благодаря тому, что я подкупил кого-то из горожан и открыл ворота. Кого именно и куда делся этот человек, никто не знал. По поводу суммы тоже ходили самые невероятные слухи. Получалось, что я здорово продешевил. В благодарность за это с моего отряда не взяли треть добычи в пользу шакканакку Римсина. Все захваченное мы поделили по-братски: мне три доли, остальным по одной.
