- Верь мне, Амрита, Сандип просто отвратителен! – воскликнула Гита, желая разлучить свою подругу с понравившимся ей самой молодым человеком. – Он похож на настоящую обезьяну!
- Зато у Сандипа красивая душа, Гита, - мягко сказала ей Амрита. Сказанное Гитой не только не оттолкнуло ее от молодого человека, напротив, свойственное ей сострадание сделало ее чувства к нему еще глубже, и она прибавила: – Сандип рассказывал мне, в каких тяжелых условиях прошло его детство – в трущобах, где половина детей гибнет сразу после рождения. Он пережил ужасающую бедность, голод, преследования полиции, жестокое убийство отца и попытку самоубийства матери. Он пережил все это, и его душа осталась чистой, доброй, тянущейся к свету. Это такое же чудо, как если бы прекрасный благоухающий лотос расцвел в зловонной грязи.
- Ты всегда жалела всех несчастных и убогих, Амрита! – сердито сказала ей Гита, досадуя на то, что ей не удалось оттолкнуть свою удачливую соперницу от своего избранника. – А по мне, так ни одна девушка не захочет взглянуть в сторону этого урода.
И Гита ушла, в сердцах хлопнув дверью, оставив Амриту размышлять над тем, что она услышала от нее. Ее сознание особенно зацепила фраза подруги, что ни одна девушка не захочет посмотреть на Сандипа и Амрита задумалась над тем, что ей и Сандипу не слишком повезло в жизни. Она ослепла, он беден, очень некрасив. Но их тянуло друг к другу, их связывало родство душ и почему бы им и дальше не быть вдвоем, связав возле брачного костра свои судьбы? В детстве бабушка рассказала ей печальную историю о горестной судьбе одной принцессы, влюбившейся в ослепительного бога Солнца Сурью. Бог не оставил без внимания преданную ему красивую принцессу, но что ветреному богу было до чувств смертной девушки и до того, что с нею будет в будущем. Оставленная своим возлюбленным принцесса скоро умерла от тоски и превратилась в дерево, цветки которого цвели только ночью, до восхода палящего знойного солнца. И Амрита, вспомнив эту историю, решила, что ей вовсе не улыбается быть женой ветреного красавца, избалованного женским вниманием. Пусть он будет хоть некрасивым, но таким же добрым, заботливым как Сандип. Воодушевляясь такими мыслями, подталкиваемая новыми охватившими ее чувствами, Амрита поспешила к домику садовника.
Ей пришлось подождать. Сандипа, который был занят срочной работой в саду, не было и она села на садовую скамейку неподалеку от его дома. Но ее долгое ожидание оказалось вознагражденным радостным голосом, с которым встретил ее Сандип.
- Госпожа, я вам зачем-то понадобился? – быстро спросил он ее после положенного приветствия.
Амрита замялась. Ей, скромной девушке, было не так-то просто завести разговор с молодым человеком на интимную тему. Но и молчать было глупо после того как она сама пришла к нему, и Амрита, собравшись с духом, тихо сказала:
- Сандип, мне нужно кое о чем тебя спросить. Скажи, у тебя есть невеста или девушка на примете?
- Невеста? – опешил молодой каскадер, не догадываясь, зачем юной хозяйке поместья захотелось узнать об этом. И решительно добавил: - Нет. Невесты у меня не имеется.
- А почему? – ласково спросила его Амрита.
- Да как сказать, - задумчиво произнес ее собеседник. – Не нашлось девушки, которая бы полюбила меня за меня самого.
При этом в его голосе прозвучала горечь, которую чуткая Амрита тут же уловила. Такой оборот беседы соответствовал словам ее подруги Гиты, что никто из девушек по доброй воле не захочет смотреть на ее нового садовника из-за его внешней некрасивости, и она решилась сделать ему предложение.
- Сандип, женитесь на мне, - сказала юная хозяйка поместья взволнованным голосом. – Ведь нехорошо человеку быть одному, а я постараюсь стать вам хорошей женой.
Молодой каскадер во все глаза посмотрел на любимую, не в силах сказать ни слова. Ее неожиданное предложение привело его в полную растерянность, он просто не знал, как к нему отнестись. А она была так прекрасна, когда просила его, чтобы он на ней женился, что сделалась еще более очаровательной, чем была прежде. Ее незрячие глаза смотрели как бы сквозь него, но ее изящно очерченные губы улыбались так нежно и влекущее, что у него просто не был сил ей противиться.
- Сандип, почему ты молчишь? – встревожено сказала девушка, внезапно почувствовав, что она боится его отказа, словно смертного приговора. И добавила упавшим голосом. – Или ты просто не хочешь быть со мной? Это потому что я – слепая, да? Дорогой, клянусь тебе, я не буду для тебя обузой. Я разделю с тобой свое богатство, а если нас постигнет разорение, то научусь хорошо вести домашнее хозяйство и готовить твои любимые блюда.
- Да не в этом дело, госпожа Амрита, просто я недостоин вас, - пробормотал Сандип, теряя от волнения последнюю способность соображать и вместе с тем пытающийся сохранить благоразумие в ситуации, когда решалась его судьба. – Вы – хозяйка, я – ваш слуга. Вы из касты кшатриев, а я из презираемого сословия шудр. Вы прогадаете, выйдя за меня замуж; ваш муж должен быть из того же общественного круга, что и вы.