— Всё в порядке. Уже не болит, — сказал брат, прочитав вопрос. — Перегородка сдвинулась, но это ерунда. У оборотней отличная регенерация.
Что? Мелочь интересовался самочувствием Йена? Серьёзно? Беспокоился о его сломанном носе?
Захотелось со всего размаха впечатать кулаком в дерево.
Тейт закончил писать, и брат снова склонился над блокнотом.
— Чем дольше клан обходится без истинной, то медленнее идёт регенерация. Когда найдём Эке Ин, несерьёзные пулевые будут затягиваться за сутки, а переломы, такие как этот, — срастаться за пару часов.
Тейт поднял голову. Повернулся к Йену, и их носы почти соприкоснулись.
Тибер сжал кулаки. Захрустел сухими ветками, привлекая к себе внимание, и паршивцы отпрянули друг от друга.
— Идти пора, — получилось грубее, чем хотелось. При всём старании не удавалось держать эмоции в узде, и это подбрасывало дров в топку раздражения. — Надеюсь, сегодня мы найдём твою хижину. Иначе…
Что «иначе» Тибер не знал, поэтому не договорил. Тем более неозвученная угроза сильнее распаляла воображение. Пусть теперь думает, переживает, что с ним сделают, если к вечеру они так и не набредут на обещанный дом.
Лицо Тейта побелело, и Тибер удовлетворённо кивнул сам себе.
Шли долго. Хвои росли всё гуще, сучья над головами сплетались плотнее, и солнечный свет под кроны почти не проникал. За пределами леса царил ясный день — в чаще всегда было сумрачно и казалось, что время близится к вечеру. Контраст ощущался особенно сильно, когда они пересекали очередную поляну, купающуюся в солнечных лучах, а потом снова ныряли в зеленоватую полутьму деревьев.
Лес для оборотней был, как для рыб вода, но от этого конкретного у Тибера по спине бежали мурашки. Слишком здесь было мрачно и тихо. Словно птицы и мелкие зверьки чувствовали опасность и не издавали ни звука.
Оборотни тоже старались не шуметь. Постоянно оглядывались. Держали под рукой пушки. К счастью, в патронах недостатка не было: в секретном отсеке джипа всегда хранилось несколько полностью заряженных магазинов. Все они перекочевали в рюкзак.
Впрочем, их маленькой компании невероятно везло. Впервые с легендарными чудовищами Запретного леса они столкнулись этой ночью, когда услышали бродящую поблизости стаю Ненасытных. Дикий вой и шум погони пока были единственным подтверждением того, что слухи, ходившие об этом месте, правдивы.
Путники двигались друг за другом. Тибер в начале процессии, брат в хвосте, мелочь — между ними, защищённая от угрозы с обеих сторон.
— Осторожно, — Йен помог Тейту перебраться через поваленное дерево: подал руку, придержал за талию.
И мир Тибера вдруг стал ядовито-красным. Глаза будто затянулись алой плёнкой.
— Пойдёшь первым, — рявкнул он брату и пропустил его вперёд. — Теперь я замыкающий.
Йен посмотрел на него с недоумением. На лице ясно отразилось: «Какая муха тебя укусила?»
«Муха» теперь шла перед Тибером, и волк имел возможность любоваться её соблазнительными тылами. А ещё подталкивать под зад, помогая выбираться из неглубоких оврагов.
Впервые ощутив на своей пятой точке лапу Тибера, Тейт вздрогнул, во второй — напрягся, в третий и четвёртый — не обратил внимания. На шестой же обернулся, посмотрел через плечо, и его губы тронула лёгкая завлекающая улыбка. От этой улыбки кровь в венах волка вскипела, а сердце заколотилось, как сумасшедшее.
И тут Тибер застыл, поражённый абсурдным и пугающим фактом: он лапает мужика за зад, а мужик вместо того, чтобы возмущаться, с ним заигрывает. Мысль надолго отбила желание распускать руки.
«Я нормальный», — убеждал себя волк всю оставшуюся дорогу.
А Тейт оглядывался. Задумчиво облизывал губы. Бросал двусмысленные взгляды из-под ресниц. И в паху Тибера разгорался пожар. Вместе с возбуждением росло недовольство.
Мальчишка что… с ним флиртует? Пытается соблазнить? Брат Эке Ин из этих, из радужных?
Да нет, вряд ли. Скорее всего, Тибер неправильно понимает значение всех этих жестов и подмигиваний.
Через несколько часов путники сделали привал рядом с журчащим ручьём и пустой медвежьей берлогой. Выбрали место неслучайно: если косолапый не боялся здесь спать, значит, других, более опасных хищников поблизости не было.
— Пожрём и двинем дальше.
Йен отошёл в кусты отлить.
Тибер принялся разводить огонь, чтобы подогреть последние оставшиеся консервы. Охотиться они будут позже, перед тем как устроиться на ночлег.
Знакомые механические действия отвлекли. Тибер погрузился в себя и не заметил неспешного приближения. Очнулся, когда на плечо опустилась ладонь. За спиной стоял Тейт. Не просто стоял. Не просто прикоснулся к нему, чтобы привлечь внимание. Нет. Он смотрел в глаза и медленно, очень однозначно вёл пальцем по шее Тибера. Ласкал. Соблазнял.
Какого…
Какого чёрта он творил?
Тибер отшатнулся.
Тейт… гей? Всё-таки гомик? Трахается с мужиками? И сейчас пытается лечь под Тибера? Считает и его голубым? Решил, что у него может встать на парня? Что он захочет ему присунуть? Да он сдурел! Совсем берега попутал?
Тибер не извращенец!
— Не бойся, мы не причиним тебе вреда. Ты же брат нашей Эке Ин.
