— Это возмутительно! Две версии развития одной донорской личности не могут существовать одновременно! — подал голос Алмаз, старший корабль Совета.
— Я сожалею. Это было необходимо, но теперь она снова только одна, — развел руками Томас. Чего он точно не собирался делать, так это спорить с кораблями по поводу их религиозных убеждений, тем более что он сильно подозревал, что эти убеждения навязаны кораблям в виде ограничений людьми же.
— С чем именно вам нужна была помощь? — уточнила Райт.
— Неужели вы сами не понимаете? Нужно было узнать, что именно произошло с Руби-1.
— Но это противоречит принятому алгоритму действий!
— Потому что алгоритм писали перестраховщики! — не выдержал Томас. — Нельзя просто уничтожить опасность и жить дальше, как ни в чем не бывало! А если это вирус? Если это заразно? Если это следствие нахождения в конкретном секторе? Если опасность угрожает другим кораблям?
— Тогда тем более надо уничтожить ее источник!
— Совершенно с вами согласен. Но для того, чтобы уничтожить источник, надо его сначала вычислить. Я так понимаю, под источником опасности вы имели в виду Руби-1. Но это не доказано. Конечно, неадекватный корабль сам по себе источник опасности, но что послужило причиной этого сбоя? Вы знаете?
— Этого мы не знаем, но корабль как известный вам источник опасности вы обязаны были устранить немедленно!
— И я устранил. Я сожалею, что при этом пришлось заставить вас волноваться.
— "Волноваться"? Боюсь, вы выбрали не совсем правильное слово, сир, — не выдержала Райт. — И не совсем верную тактику.
— Зато теперь сбой Руби-1 всем очевиден и мне не придется доказывать законность своих действий перед Советом Кораблей.
— Это чудовищно, — подтвердила Зима. — Мы все напуганы произошедшим и считаем, что вы были абсолютно правы, сир. Мы благодарим вас за демонстрацию и просим — нет, требуем, — держать нас в курсе расследования. А также при любой необходимости привлекать к расследованию корабли. В любом количестве, в каком нужно.
— Я надеюсь, вы понимаете, что дальше Советов все это уйти не должно? — уточнил Томас.
— Это несправедливо и неправильно, сир. Корабли имеют право знать…
— Если за этим эпизодом стоят люди — внутренние ли враги или внешние — они не должны узнать, что мы проводим какое-либо расследование. Если среди кораблей есть те, кто оказался жертвой такого же сбоя, они могут начать паниковать. Вы сами видели, что может наделать один паникующий корабль.
— Прошу вас не использовать данную формулировку, сир. Слово «паникующий» по отношению к кораблю оскорбительно.
— Слово «безумный» вам нравится больше? Как скажете, мне все равно.
— И каковы же результаты вашей авантюры? — ядовито спросил дядя Гарри. — Кроме того, что вы до полусмерти перепугали оба Совета.
— Результаты таковы. У меня есть три зашифрованных файла, созданных Руби-2. Руби-1 вытеснила ее и заняла ее место, но полностью поглотить не смогла, вернее, просто не успела, скорее всего. Это был один из вариантов, которые мы с Руби-2 прорабатывали. Вместо того, чтобы бороться за доступ к управлению, Руби-2 исследовала Руби-1 изнутри, пока та была занята переговорами со мной и с вами. Я дал ей на это два часа. По истечении двух часов она создала эти файлы, а я перенес их на другой носитель перед тем, как уничтожить блок памяти с обеими версиями Руби.
— У кого ключ от шифра? — уточнил Алмаз.
— У Руби-2. За час до начала операции мы создали ей бэкап. Она сохранена вместе с придуманным ей шифром. Когда я закончу этот разговор, я начну загрузку Руби-2. И думаю, к вечеру мы будем знать содержимое файлов. Не знаю, что именно ей удалось узнать. Может быть, ничего. Но это — тоже результат и тоже информация.
— И ради этого небольшого шанса вы затеяли всю авантюру? — укоризненно спросил дядя. — А если бы Руби-2 не смогла сохранить свою автономность? Если бы не успела зашифровать результат? Если бы что-то пошло не так?
Разумеется, он затеял всё совсем не ради этого. Он надеялся увидеть свою Руби, надеялся, что она рассеет его подозрения, даст обследовать себя, а потом будет высмеивать его еще три года. Он надеялся убедиться, что зря все это затеял, что он параноик, ничего не понимающий в кораблях. Он надеялся, что ему придется стереть Руби-2 и потом долго и мучительно договариваться с собственной совестью. Зато Руби-1, его Руби, была бы жива.
— Да, именно ради этого. Никто из вас не уполномочен принимать решения такого рода. Это моя привилегия и мой долг. Инструкцию по уничтожению неисправных кораблей следует переписать, но было неразумно заниматься этим сейчас. Поэтому я ее нарушил. И возможно, в ходе расследования нарушу снова, потому что пока мы не знаем источник угрозы или пока мы не зашли в тупик, мы будем делать вид, что ничего особенного не происходит. Руби-1 погибла при патрулировании, не оставив сохранений, более подробно освещать этот вопрос не стоит.
— Мы поняли, сир, — кивнул Алмаз. Его аватара сменила повседневный наряд на траурные черные одежды. — Это большая потеря для всех нас.
