— А почему бы ему тогда не присоединиться к ужину? — От такого предложения я едва не подпрыгнула на месте. Я, конечно, ожидала, что Асума, захочет увидеть причину маминых беспокойств, и на это, собственно, и делалась ставка, но чтобы сидеть с ним за одним столом…
— Вы серьезно?
— Вполне.
— Но мама…
— Куренай я возьму на себя, — доверительно заверил Асума, в который раз улыбнувшись. — Я понимаю, почему она так переживает. Всё-таки твой брат уже давно взрослый, за всё время никак в твоей жизни не поучаствовал, а тут свалился как снег на голову, и поди разбери, что ему от тебя в действительности нужно. — Я уж было открыла рот, чтобы что-то сказать в защиту нии-сана, однако Асума не дал мне этого сделать, властно вскинув ладонь, чтобы договорить. — Но раз уж ты всё равно с ним продолжаешь общаться, то лучше уж узнать этого парня получше. Я уже говорил это твоей маме, но попробую втолковать еще раз. Может, она и впрямь зря волнуется.
Ошарашенно моргнув пару раз, я согласно тряхнула головой, и в ту же секунду дверь наверху скрипнула, оповещая, что мама вышла из комнаты.
— Ну как вы тут без меня? — как только она, красивая до невозможности, с изящными локонами и в красном коктейльном платье появилась в дверном проеме, глаза у Асумы загорелись, как у влюбленного по уши мальчишки. — Поладили?
— Думаю, это можно назвать началом большой дружбы, — без тени фальши в веселом голосе отозвался он и подмигнул мне так, что я сразу поняла — наш маленький сговор, безусловно, в силе. — А ты сегодня просто обворожительна, Куренай.
Теперь и мама покраснела, как девочка-подросток, заправив прядь волос за ухо, ну, а я, почувствовав себя третьей лишней, решила ненадолго оставить их вдвоем, чтобы заодно позвонить Яхико. Как-никак, обстоятельства круто изменились, и он определенно должен быть в курсе. Вместо пяти минут в нашем доме, ему предстоит провести у нас целый вечер.
Если бы я взялась оценивать маминых воздыхателей по десятибалльной шкале, то этот, бесспорно, урвал бы десятку. Асума так лаконично вписался в нашу маленькую семью за столом, что я уже начала представлять его на месте своего отчима. Улыбка не сходила с маминого лица ни на минуту: она смеялась, временами мило смущалась, когда Асума нежно ее касался и называл родной и любимой, а еще непрестанно бросала в мою сторону обеспокоенные взгляды, будто мне что-то могло не понравиться. Но мне всё нравилось. Меня уже лет в одиннадцать покинуло это детское ревностное чувство, что она не должна любить никого, кроме меня.
Ну и, конечно же, вечер не обошелся без истории знакомства голубков, которую до этого я слышала лишь в малоинформативной трактовке «да просто столкнулись в бизнес-центре». На деле же всё оказалось куда интереснее, и мои сомнения окончательно развеялись — дар притягивать нелепые ситуации перешел ко мне по материнской линии.
Мама опаздывала на важную встречу, но не могла найти нужный офис, из-за чего носилась по зданию, как ополоумевший сайгак. В конце концов случилось неизбежное: на очередном повороте она влетела в ничего не подозревающего бедолагу, крепко приложив того затылком о пол и контрольно навалившись сверху. Как вы уже, наверное, догадались, этим бедолагой и оказался Асума. И ведь умудрился же влюбиться с первого взгляда в женщину, наградившей его сотрясением! Кто еще может таким похвастаться?
Когда очередной веселый рассказ маминого ухажера прервала трель звонка, внутренности помимо воли завязались в крепкий узел. Сомнений не было — это Яхико.
— Мы что, кого-то ждем? — изумленно поинтересовалась мама, когда я вскочила со стула, чтобы открыть дверь, а Асума, наградив меня ободряющим кивком, произнес:
— Две минуты. — Что-что? Всего две минуты, чтобы уговорить тайфун по имени Куренай не разрывать моего брата на мелкие куски?
— Лучше пять, — осторожно подсказала я, на что потерявшая нить разговора мама закономерно возмутилась:
— Я, конечно, рада, что у вас такое потрясающее взаимопонимание, но мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?
Далее в диалог вступил мой потенциальный отчим, а я отправилась на улицу потянуть время. Сказать, что я удивилась, обнаружив Яхико без пирсинга, в идеально выглаженном костюме и белой рубашке — ничего не сказать.
— Кто ты и что сделал с моим братом?
Нии-сан как-то виновато улыбнулся и понуро мотнул головой:
— Не переживу, если меня второй раз за последние тридцать часов отвергнут из-за внешнего вида. Решил одеться кой-то веки поприличней. У вас ведь сегодня важный вечер — я правильно понял?
Смысл сказанного дошел до меня далеко не сразу — я так и продолжала с неприкрытым интересом изучать лицо, которое без пирсинга начало казаться мне другим. И куда более похожим на моё собственное.
— Тебя кто-то отверг? — Усталый вымученный вздох был мне ответом. — Ты поэтому вчера был таким… дерганным?
— Я был дерганным? — спустя паузу переспросил Яхико, на что я с сомнением закивала. Тем не менее даже в таком состоянии ему удалось произвести на Итачи впечатление заботливого старшего брата.
— Еще каким.
