Никита был не один. Вместе с Саньком они носились по площадке, обмениваясь колкими фразами чаще, чем ударами. Веер брызг разлетался по влажной траве с каждым взмахом ноги, оба были насквозь мокрыми, наверняка не прекратили тренировку во время грозы. Света остановилась, не собираясь мешать, напротив, наслаждаясь происходящим. Сердце снова начало разгонять бег, на этот раз по другой причине. Какой же он всё-таки был… ошеломляющий. Хищный, стремительный, смертельно-опасный. Она жадно следила за тем, как напрягаются мышцы, когда он поднимает руку, с какой небрежностью он делает сальто назад, уворачиваясь от атакующего Санька. Конечно же он её заметил. Пару раз у Светы даже мелькнула мысль, что он просто красуется, специально затягивая тренировку. Но она тут же потухла под гнётом другой, более правдоподобной: Никита оттягивает момент, когда придётся начать разговор.
– Ха! Светик! – что бы там ни было, за них всё решил Санёк. Остановился так резко, что Никита едва успел замедлиться и остановить ногу в сантиметре от его виска. – Хочешь присоединиться? – Он взмахнул рукой и хитро покосился на Никиту.
– Нет, – Света невольно улыбнулась. Посмотрела прямо в глаза и твёрдо сказала: – Нам надо поговорить.
– Тогда я пойду! Во мне бурлит не только источник вечной молодости, но ещё умещается океан такта! – Санёк ослепительно улыбнулся, бросил на Никиту многозначительный взгляд и сделал было шаг, но тот вдруг поймал его предплечье и крепко стиснул.
– Нет. Это не займёт много времени. Разомнись пока, а то совсем заржавел.
– Я?! Кит, ты меня оскорбляешь! Вечная весна моей молодости никогда ещё не была такой цветущей!
– Ладно, – примиряюще вскинул руки вверх Никита, – я пошутил. Просто подожди и никуда не уходи.
Он мог подбежать к ней, но предпочёл медленно пересечь стадион и остановиться на расстоянии вытянутой руки. Света не сдержалась, втянула воздух: от Никиты пахло дождём, потом, смятой травой. На обнажённых плечах рассыпались капли, майка прилипла к груди, мокрые волосы облепили лоб и виски. Когда её взгляд остановился на его лице, Никита взъерошил их, тряхнул головой, как мокрый пёс, и настороженно произнёс:
– Здравствуй. Что-то случилось?
Что ему сказать? Все заготовленные фразы выветрились из головы, она чувствовала себя такой растерянной, жалкой, что в носу снова начало щипать. Стараясь не разрыдаться перед ним, Света молча кивнула, протолкнула ком в горле, заговорила подрагивающим, срывающимся голосом:
– Я… Никит, мне кажется, я…
Она замолчала, ругая себя и заставляя собраться. Пришла и мямлит, как девочка. Будто перед ней не её Никита, а снова строгий незнакомый офицер, которого встретила на практике, кажется, тысячу лет назад. Он склонил голову набок, приподнял одну бровь, ожидая ответа и не собираясь ничем облегчать ей задачу.
– Тебе кажется что, Свет?
Её имя всегда звучало у него с таким оттенком интимности, что перехватывало дух. Она давно перестала это замечать, и вот, снова попала под магию нескольких звуков, произнесённых мягким, приглушённым голосом.
– Не кажется, – твёрдо заговорила она, черпая уверенность в собственных воспоминаниях, в его вечном обещании: «Всё будет хорошо». – Мне не кажется, я уверена – я хочу, чтобы ты вернулся. Я… – Света всё-таки запнулась, опустила глаза и конец фразы еле слышно прошептала: – Я соскучилась, Никит.
Он молчал мучительно долго. Было слышно, как фыркает Санёк, упруго отжимаясь на пальцах. Как капает с деревьев. Наверняка, затяни он паузу, Света смогла бы услышать, как шуршат в траве муравьи.
– Я не вернусь, – спокойно ответил он. Света испуганно вскинула глаза, тут же провалилась в мягкий, ласкающий, вопреки словам, взгляд. – Я не вернусь сейчас, – добавил он, засовывая руки в карманы. – Мне не нужно время, чтобы понять, что я к тебе чувствую. Но ты… Сказала, что скучаешь. И всё. Спасибо за честность, но этого по-прежнему мало.
– Хочешь, чтобы я призналась тебе в любви? – прошипела Света, уязвлённая его ответом.
– Хочу, чтобы ты была уверена, что любишь. Впрочем, – он лукаво улыбнулся, – это не значит, что я не хочу видеть тебя. Может, нам для начала надо заново научиться разговаривать, м?
Света вовремя успела прикусить язык, на кончике которого уже вертелась сотня ядовитых ответов. Выдохнула. Он прав, как всегда прав. Если на безобидное предложение она была готова разразиться тирадой, что говорить о том, чтобы снова жить вместе? Насколько их хватит, как быстро всё вернётся, но уже с новой силой, до окончательного и бескомпромиссного финала?
– Ты прав, – наконец вздохнула она. – И какие у тебя предложения?
– У меня? – Никита притворно округлил глаза, но тут же тихо, бархатисто рассмеялся и взъерошил волосы на её макушке. – Для начала, если хочешь, можем просто погулять. Когда у тебя будет время.
– Хорошо. – Света едва не зажмурилась от удовольствия, светло, искренне улыбнулась. – Я буду свободна завтра вечером. Зайдёшь за мной в больницу?
– Нет, лучше встретимся на мосту. Не против?
– Не хочешь, чтобы нас увидели вместе? – беззлобно усмехнулась Света.
