– Ага. Так она мне и ответила. Когда папа дома, она улыбается и всё как всегда. Он уходит – опять начинает плакать. И знаешь, что самое страшное? Как резко она меняется, когда я рядом. Если бы не слышал, ни за что не догадался бы. Это жутко.
– Хочешь, я попрошу маму, чтобы она поговорила с ней? – Алина повернулась к Игорю и сочувственно погладила по плечу. – Думаю, ей она всё расскажет.
– Было бы здорово, – вздохнул Игорь. – Знаешь, как тяжело – она плачет, а ты не знаешь, что делать. Может, папе рассказать?
– Если она плачет из-за него, будет только хуже, – рассудительно заметил Даня, косясь на руку Алины, лежащую на плече друга. – Пусть лучше с мамой Алины поговорит, а там видно будет. И вообще, это не наше дело.
– Ну конечно, это же не у тебя мама выглядит, как маньяк, который улыбается, а на самом деле хочет перерезать тебе глотку, – огрызнулся Игорь.
– Моя мама никогда не плачет, – пожал плечами Даня и отвернулся, сжав губы в тонкую линию.
Новая лягушка улетела в воду, а он подумал: никогда, никогда не признается в этом, никому не скажет, но… Недавно он видел, как плачет отец. И вот это было по-настоящему жутко. Он тогда загулял и вернулся поздно, пользуясь тем, что мама опять уехала к братьям на три дня. Бесшумно перемахнул через забор, прокрался мимо кустов и застыл с поднятой ногой, услышав шорох в глубине сада. Дом спал, ни одного огонька, а там, в саду, кто-то шумно, отрывисто дышал.
Дане стало интересно: кто прокрался к ним ночью? По спине пробежал холодок, скрутился в желудке – мало ли, кто вообще издаёт эти звуки, вдруг это не человек вовсе? Почти не дыша, Даня углубился в сад и, перебегая от дерева к дереву, устремился к маленькому пруду, скрывавшемуся в пышных кустах голубых гортензий. Даня по праву мог собой гордиться: ни одна ветка не дрогнула, когда он нырнул под кусты, лёг и прополз к воде. Луна резко вышла из облаков, отразилась в водной глади, озарила тёмный сад. Нахмурившись, Даня закрыл глаза – показалось. Открыл – нет, не показалось. На другой стороне пруда, прямо у воды, сидел отец и, казалось, смотрел прямо на него. Почудилось на миг, что заметил, даже сердце замерло. Но вот он тяжело облокотился о колени, прикусил ребро ладони и беззвучно затрясся, прикрывая глаза. Стараясь полностью слиться с землёй, Даня отполз назад и бросился в дом. Влетел к себе, закрыл дверь и прислонился к ней, будто незнакомец из сада, притворившийся отцом, может зайти. Через несколько минут сердце, заходящееся от стука, успокоилось, а страхи стали казаться надуманными. Даня включил свет, помылся, переоделся и всё же подпрыгнул от неожиданности, когда дверь открылась.
– Давно вернулся? – Ничего не изменилось, отец выглядел, как обычно. Те же руки глубоко в карманах, тот же слабый прищур в уголках глаз. И пахло от него привычно: табаком и хвоей.
– Минут десять назад. – Даня собрался с духом и спросил: – А ты где был?
– В саду. Вышел подышать воздухом перед сном. Ладно, – отец ступил в коридор, – ложись скорее, завтра вставать рано.
А потом он ещё долго курил – Даня чувствовал запах дыма, доносящийся из открытого окна. Но мало ли, что может произойти у этих взрослых. Вероятно, случилось что-то на самом деле ужасное, что заставило его плакать.
Тяжело вздохнув, Даня швырнул оставшийся камень в воду и повернулся к друзьям. Те, казалось, и не заметили его задумчивость, обсуждая последнюю выходку Славки.
Когда Алина вернулась домой, в коридоре уже вовсю пахло ужином. Подбежав к маме, она чмокнула её в щёку, упала на стул и подпёрла подбородок ладонью.
– Мам, скажи, а когда ты стала встречаться с папой, многие были против?
– К чему этот вопрос? – помешав овощи, Света посмотрела через плечо.
– Ну, сама понимаешь. Он военный, офицер, ты – молодая студентка…
– Разговоры были, конечно, – задумчиво протянула Света. – Всё-таки мне было всего девятнадцать, но… А почему ты спрашиваешь?
– Да так, – неопределённо взмахнула рукой Алина. – Кстати, ты давно виделась с тётей Инной? Игорь говорит, она стала часто плакать. Это, наверное, не наше дело, но он переживает.
Света нахмурилась. С Инной они не виделись больше недели, в последний раз, когда та решила расстаться с Сергеем. Было стыдно признавать, но Света совершенно забыла о подруге и её проблемах, полностью погрузившись в мысли о Никите. А когда он уехал, и вовсе не выпускала телефон из рук, хотя знала, что раньше вечера не стоит ждать никаких сообщений.
– Нет, ты права, мы действительно давно не виделись, – заторможено произнесла она, безуспешно отбиваясь от чувства вины. – Завтра обязательно к ней загляну. Спасибо, что напомнила.
