– Через три дня. Правда, не учёл, что ваш отъезд на праздник придётся.
– Очень неудобно, – с горечью ответил Сергей. – Что ж, думаю, спорить с начальством бесполезно?
– А то! – заметно повеселел Лёша. – Вас уже ждут! Эхх, – он закинул руки за голову, – я даже вам завидую! Сейчас бы собрать друзей и рвануть куда-нибудь…
– Подозреваю, что Никита с этим точно не согласится, – невольно хмыкнул Сергей. – И Света, думаю, тоже. Да и у остальных дел полно.
– Поэтому мне остаётся только мечтать.
Сергей думал, что тоже может только мечтать о том, чтобы встретиться с Инной. Сколько дней прошло после их разрыва? Кажется, почти месяц, но он уже потерял счёт дням. Заблудился в беспросветной серости собственной жизни, в прокручивании каждого слова и жеста, в попытках представить, что нужно было сказать, сделать, чтобы не довести до окончательного разрыва. На фоне этого собственная семейная жизнь давно размазалась, Сергей и жил-то скорее по инерции. Ел, пил, спал, улыбался по привычке. Старался снова стать нормальным. Не получалось. И вот теперь четыре дня с Инной. Почти наедине, так близко, как не было ни разу за последнее время. Он боялся, что сорвётся. И вместе с тем не мог не думать о поездке, с трепетом представляя, как будет сидеть рядом в одном купе. Как будет ходить, говорить, дышать вместе с ней одним воздухом.
Сергей ненавидел себя. Всё больше и больше, с каждым новым днём. За то, что не может улыбаться Тамаре так же искренне, как раньше. Что не видит в ней больше той единственной, которая заставила забыть обо всём и сделать то, что он считал самым проблематичным шагом в жизни – связать себя узами брака. Он честно пытался отыскать любовь к женщине, подарившей ему сына, бросившей родной город ради него. Пытался и не мог, сознавая, что и не было той любви, которую она заслуживала. Не было ничего, кроме привязавшего хуже самых крепких верёвок чувства привычки. Тамара была… Просто была. И всё. И явно не заслуживала такого к себе отношения. Но больше Сергей уже не мог дать, как ни пытался. Эти отношения закончились, причём задолго до появления Инны в его жизни. Он лишь старался отсрочить конец, с болью наблюдая за родной, но уже чужой женщиной, которая по нелепой случайности жила с ним под одной крышей.
Он смутно помнил разговор с Колей. Пьяные откровения, затянувшиеся до утра. Стук бутылок друг о друга, шелест ветра и горькие признания, о которых он и помыслить не мог. Коля любил Настю. Настя любила Лёшу. В их уравнении не было неизвестных, всё так или иначе стремилось к нулю. Но в его семье влюбляются раз и навсегда. Как тогда Коля сказал? Собачья преданность. Безнадёжно и до последнего вдоха. И Сергей мелочно радовался тому, что боги позволили ему узнать взаимность. Недолго, но быть по-настоящему счастливым.
Не надо быть прагматиком, чтобы понять – ему повезло. И даже тот шанс, что невольно предоставил Лёша – это тоже везение, и Сергей хотел воспользоваться предоставленной возможностью, чтобы попытаться если и не исправить всё, то хотя бы расставить правильные точки, чтобы суметь всё отпустить и жить дальше.
– Я не поеду, – категорично заявила Инна, когда улыбающийся Димка заглянул в магазин. – Что мне там делать? Сергей и без нас отлично справится. Это переговоры, а не военные действия. К тому же я пока не решила, хочу ли стать флористом.
– Ты всегда хотела попробовать и помогать городу, – резонно заметил Димка. – Хотя я тоже остался бы дома, но ведь Лёша просто так не отправил бы нас вместе. Значит, так нужно.
– Нужно, – скривилась Инна. – Кому нужно, а? Явно не мне.
– Инн. – Димка нахмурился, накрыл своей большой ладонью её хрупкую, изящную. – Давай просто сделаем это, хорошо?
Хорошо. Хорошо-хорошо-хорошо – повторяла про себя Инна, яростно закидывая вещи в чемодан. Теперь всё стало другим, не то, что в юности, когда ходили в походы с друзьями. Никаких изматывающих переходов, никаких ночёвок в лесу и рюкзаков, забитых наполовину едой, наполовину вещами. Теперь они путешествовали с комфортом, Лёша не поскупился на билет в купе и хорошие номера. Только и нужно что доехать до места назначения, сделать дело и отдохнуть, ожидая обратного поезда. Но вот кому он был нужен, этот отдых? Инна была уверена, что Сергей также не хочет никуда ехать. Не с ней. Они уже не команда.
– Инн, что случилось? – Руслан прислонился к дверному косяку, со слабым интересом наблюдая за лихорадочными сборами.
– Лёша отправляет нас в командировку, – отрывисто бросила она. – Решил вдруг вспомнить о моём заявлении о работе, что б его. Раньше не мог! Я знаю, что ты только вернулся, и, поверь, не хочу уезжать, но меня никто не спрашивал.
Инна бросила сверху косметичку и с силой придавила чемодан, щёлкая молнией. Рывком стянула его с кровати и покатила в коридор. Руслан молчаливой тенью прошёл следом. Оставив чемодан у дверей, она решительно протопала на кухню, начиная греметь там посудой.
