— Недальновидно. Ваш супруг ради Вашей безопасности отдаст все, что угодно, не только артефакт. Если они не решили действовать сразу с обоих сторон, лучше воспользоваться помощью дядя Вашего мужа.
— Я не хочу обманывать Ровейна, речь ведь идет о его работе, на которую он потратил столько времени и сил.
— И которая для него ничего не значит по сравнению с жизнью драгоценной супруги, — язвительно перебил меня наемник.
— Это так заметно? — устало прислонилась я к каменной стене.
— Более чем и если эти молодчики не так глупы как кажутся, они воспользуются именно этим. Из Вас двоих, ставку я бы сделал именно на Вашего супруга. Вероятность того, что он откажется от патента если пригрозят Вашей безопасности, гораздо выше.
Увы, но я была согласна с Бьёрном, как бы цинично не звучали его слова. Если я буду бороться до конца, ища выход, Ровейн предпочтет любыми способами защитить меня.
— Значит поехали к лорду Горскому. Я так полагаю, муж уже должен быть на пути домой.
Дядя Ровейна встретил нас обеспокоенным восклицанием.
— Добрый, лорд Горский. Не уделите нам пару минут?
Мужчина кивнул, отменяя какую-то встречу через помощника и, приказав подать чай, обернулся к нам.
— Шарли, я слушаю.
Вздохнув, максимально сжато пересказала последние события и вцепилась в чашку, ожидая вердикта.
Лорд Горский молчал долго. Я с тревогой вглядывалась в серьезное лицо мужчины и вот наконец он заговорил.
— Я также ожидал нечто подобное и в целом согласен с тобой Бьёрн. Ровейн, если узнает, тут же откажется от патента, а этого желательно избежать. Но узнать, кто все же решился угрожать супруге моего племянника необходимо. Мы сделаем вот как.
Домой возвращались поздно. Подготовка к завтрашнему дню отняла все силы и когда у крыльца меня буквально снес светловолосый вихрь, сжавший в объятиях, я с трудом стояла на ногах.
— Шарлин, где ты была?! Я в столицу возвращался, искал. Приехал. А тебя все нет.
— Прости, родной. Я не рассчитывала, что так задержусь, — виновато опустила взгляд.
От беспокойства Ровейна все внутри защемило. Муж будто чувствовал, что что-то не так.
— Ты ведь никуда не собиралась утром.
— Да, но потом возникли неотложные дела. Я планировала вернуться к твоему приходу. Прости. Как все прошло?
— Нормально. Ты голодная? Пойдем, ужин сейчас разогреют. Замерзла ведь, посмотри какие руки ледяные.
Я усилием воли заставила себя сдерживать слезы, рвущиеся беспорядочными всхлипами.
Родной мой, знал бы ты…
От заботы и искреннего переживания супруга чувствовала себя еще хуже, что приходится обманывать его. Но ради защиты моей семьи, я пойду до конца.
Бьёрн укоризненно покачал головой, видя, что я на грани истерики и посоветовал Ровейну накормить меня и отправить в постель.
Муж не отпускал. С улыбкой ухаживал за столом, не смотря на то, что съесть практически ничего не смогла. Отвел наверх, где сам помог принять душ и переодеться, после чего отнес в постель, бережно заворачивая в одеяло и теплые объятия.
Я положила свои руки поверх его, обнимающих за талию со спины и тихо плакала. Муж уткнулся в мою макушку носом и к счастью не видел, что творится с супругой, иначе вопросов мне было не избежать и я не уверена, что смогла бы и дальше его обманывать.
Уснуть так и не получилось. Когда Ровейн заснул, продолжая обнимать, развернулась в его руках и до самого утра, наблюдала за ним. Внутри что-то ныло, не позволяя успокоиться. Я боялась. Нет не за себя. Я с ужасом думала, что будет с этим нежным и заботливым мужчиной, если со мной что-то случится.
Утром была сама не своя. Из рук все валилось. Я разбила чашечку за завтраком и опрокинула две вазы, чем вынудила мужа отложить свои дела и, прижав к себе, задать закономерный вопрос.
— Родная, что с тобой происходит? Скажи мне, пожалуйста…
Его голос был тихим. Он не давил и не приказывал. Просил, но от этого сопротивляться было еще тяжелей.
— Все в порядке. Я не важно спала, голова болит.
— Почему зелье не выпила? Сейчас…
— Нет-нет, не нужно. Уверена скоро все в пройдет.
— Лорд Горский, Вам письмо, — прервал нас Рик и я побледнела.
Все было спланировано заранее и дядя Ровейна приступил к реализации нашего плана.
Супруг поморщился, откладывая листок, и вновь прижал меня к себе.
— Что такое?
— У Совета возникли дополнительные вопросы по артефакту, меня вызывают на внеплановое заседание.
Я кивнула.
— Поедешь со мной?
— Нет, я наверное лучше полежу. Все-таки голова и я, кажется, немного простыла вчера, — уткнулась ему в грудь носом, пряча глаза, по которым муж мог все прочесть без труда.
Как другие обманывали постоянно своих мужей, скрывая любовников? Для меня была невыносима даже эта невинная ложь во благо Ровейна, что уж говорить о другом…
Хотя про головную боль не врала. Бессонная ночь и нервное напряжение давали о себе знать.
— В таком случае, побуду с тобой. Сейчас дяде напишу, что не смогу сегодня.
Я похолодела.
— Это невежливо, Ровейн и ты подведешь лорда Горского. Он ведь оказывает тебе поддержку, посмотри даже Совет собран внепланово. Ты должен поехать.
Супруг неуверенно кивнул.
— Ты справишься одна?
