– Что за ерунда! – гневно повторила Энн. – Вы ошибаетесь, она никогда не была подругой Брайана. Он мне о ней рассказывал. С его стороны это было чисто плотское влечение. Вы же знаете молодых офицеров – они словно боятся что-то упустить… Ну а эта девица сама бросилась ему на шею. И сразу же стала доить из него деньги. Он и встречался-то с ней всего один или два раза… Как у нее хватает наглости делать такие заявления?!
Корридон был удивлен.
– Она дала мне понять, что их знакомство длится около шести лет. Она даже сказала, что он купил и обставил ей домик.
– Домик?! – воскликнула Энн со смесью возмущения и презрения. – Но это смешно! Брайан знал ее всего несколько дней, а потом его послали за границу. Больше они никогда не виделись.
– Он мог вам всего не говорить, – возразил Корридон, раздраженный ее слепой верой в брата. – Братья обычно не рассказывают сестрам…
– Дело не в этом, – перебила она. – Нас не касаются взаимоотношения моего брата и этой женщины. Она заявила, что он жив? Ну что ж, она лжет!
– Но по какой причине? – спросил Корридон, против воли вовлеченный в спор. – Для чего ей лгать?
Они сперва растерялась, затем ответила:
– Сколько вы ей заплатили за эти сведения?
Теперь растерялся Корридон.
– Откуда вам известно, что я ей заплатил?
– Говорю вам, я знаю эту женщину. Ради денег она способна на все.
– Да, действительно, я ей заплатил. Однако почему она скачала, что Брайан жив?
– А разве не это вы ожидали услышать? Скажи она вам, что он мертв, вы бы быстро потеряли к ней всякий интерес.
Корридон внимательно смотрел на девушку. Такая мысль не приходила ему в голову, и она посеяла в нем сомнения. Пока он раздумывал, пытаясь решить, солгала ему Рита Аллен или нет, Энн встала, прошла через комнату и остановилась у холста.
– Я начинаю беспокоиться, – произнесла она после продолжительного молчания. – Брайан никогда не упоминал вашего имени. Не знаю почему, но мне кажется, что вы не знакомы с моим братом. Что именно вам от него надо?
Корридон быстро поднялся и хотел что-то сказать, как вдруг заметил, что к дому приближается, пошатываясь, человек в зеленом плаще и черном берете. Ренли! Задыхающийся, потный, с безумными глазами, Ренли подбежал к двери, привалился к косяку и стал громко стучать.
Одним прыжком Корридон пересек комнату, распахнул входную дверь и подхватил падающее тело.
– Что случилось? – воскликнул он. – Что вы тут делаете?
Ренли пытался отдышаться. Его грудь судорожно вздымалась.
– Что случилось?!
– Они гонятся за мной по пятам, – хрипло выдавил Ренли. – Мне некуда было идти… только сюда… Этот проклятый дурак убил двух полицейских…
– Замолчите! – прошипел Корридон и поспешно оглянулся.
Сзади стояла Энн.
– Ваш брат писал в письме о Ренли, помните: один из восьми? Так вот, это он! Вы сказали, что, к вашему сожалению, плохо знаете друзей Брайана. Теперь у вас есть возможность познакомиться.
Щеколда зеленых ворот в высокой белой стене поднялась, и ворота медленно приоткрылись. Прошло несколько секунд. Потом в щель просунул голову полицейский и внимательно оглядел двор. Удостоверившись, что все спокойно, он решился открыть ворота и, сжимая в руке дубинку, медленно двинулся вперед. За ним появился второй полицейский, тоже с дубинкой.
Коттеджи стояли футах в двадцати друг от друга. Корридон, укрывшись за занавеской, видел из окна проход между двумя домиками, а также часть двора и ворота. Он видел, как оба полицейских осторожно продвигались по узкой дорожке из бетонных плит. В распахнутые ворота с любопытством глазели зеваки, собравшиеся на другой стороне улицы на почтительном, вполне безопасном расстоянии.
Рядом с Корридоном, тоже глядя в окно, стояла Энн.
Полицейские шаг за шагом приближались к правостороннему ряду коттеджей. Корридон испытывал к ним симпатию. Слишком жалкими выглядели их дубинки против предполагаемого вооруженного убийцы; и все же не чувствовалось в медленных движениях полицейских ни сомнения, ни страха.
– Вас засекли? – спросил Корридон, не отрывая глаз от окна.
Ренли, без сил повалившийся в кресло, понемногу приходил в себя. Когда он ответил, его голос звучал уже уверенней.
– Не думаю. Я был ярдах в пятидесяти впереди, потом завернул за угол и бросился сюда, по пути никого не встретив. Вряд ли меня видели. Они уже здесь?
– Осматривают двор.
Ренли с трудом поднялся.
– Если меня схватят, я пропал. Кто поверит, будто я не знал, что Ян собирается стрелять? Хладнокровное убийство на глазах у свидетелей!
– Садитесь и молчите, – оборвал Корридон, с беспокойством взглянув в сторону Энн. – Если они не знают, что вы здесь, то это еще полбеды. – Ренли упал в кресло, а Корридон продолжал, обращаясь к девушке: – Мне очень жаль. Я вам все объясню, только не сейчас. Что бы ни произошло, вас я постараюсь не впутывать. Впрочем, полагаю, вы не останетесь безучастной?
Она посмотрела на него – встревоженно, но без испуга.
– Ни вас, ни вашего товарища я никогда раньше не видела. Если полиция будет задавать вопросы, я сообщу им то немногое, что мне известно.
Корридон улыбнулся.
