- Представляешь - да. Там такое расследовании началось, хорошо, что ты была здесь. Но теперь…
- А что теперь? - она сделала глоток ледяного шампанского - и как прежде не чувствовала ни крепости, ни вкуса.
- Посмотри в галафон, - улыбнулся ей министр юстиции. - И вообще, я сомневаюсь уже, что из Альвиона живым выберусь.
- Что? - несмотря на шутливый тон, Эмбер стало не по себе.
- Ты хоть по сторонам смотри и обращай внимание на взгляды.
- И о чем они тебе говорят?
- О том, что император хочет убить меня за то, что мы с тобой разговариваем. А его сестра тебе весьма недолюбливает. Видишь, насколько я проницательный. А если учесть, насколько имперцы умеют держать себя в руках - так я вообще гений наблюдательности!
Эмбер рассмеялась. И тут же достала из кармана галафон. Несколько сообщений от банков, в которых говорилось одно и тоже “Вас счет разблокирован”. Да, Эшли было, чем гордиться.
- Быстро ты… - усмехнулась Эмбер.
- Пришлось задействовать кое-какие рычаги, - он пожал плечами.
- Зачем? - она не сводила с Эшли взгляда.
- Дом - это дом, - тихо сказал он. И чуть отошел в сторону в тот самый момент, когда император недовольно сказал “Войдите”.
- Алекс! - Эмбер едва не застонала, увидев дочь. Ну сколько можно влипать в неприятности? Вернее, искать их? Она уже хотела вмешаться и отправить дочь в комнату, когда Мэтт вдруг опустился на колено перед своим императором и заговорил о присяге.
Эмбер видела растеряность, мелькнувшую в голубых глазах Эдварда и то, как он бросил взгляд на Джона, словно спрашивая разрешения.
- Присяга? - Эшли снова подошел к ней. - Разве он совершеннолетний?
- Мэтью пятнадцать, по старинным законам он вполне может выбрать себе сеньора для служения, - пояснила женщина.
- А по современным?
- Прецедентов не было.
- Даже так, - хмыкнул Эшли, и Эмбер впервые в жизни ощутила раздражение, что ее друг так насмешливо отнесся к чужим традициям.
- В чужой монастырь, Эш…
Кажется, он хотел что-то ответить, но в этот момент Алекс подошла к матери.
- Привет, дядя Эшли! - весело поздоровалась она, и Говард, криво улыбнувшись, промолчал.
- Здорово я все придумала? - обернулась Алекс к матери, когда церемония закончилась.
- Так и знал, что без тебя не обошлось, - фыркнул Эшли.
- Алекс… - только и простонала Эмбер.
Девочка пожала плечами и на всякий случай обиженно надула губы:
- Хочешь сказать, я была неправа, когда советовала Мэтту?
- Просто просчитывай последствия не на шаг вперед, а на три. Минимум, - устало попросила Эмбер.
- Вечно ты…
- Алекс, мама права, - вмешался Эшли. - Что если через три года Мэтт захочет уехать из Альвиона?
- Вряд ли такое возможно, - отмахнулась девочка. - Он же наследник и вообще - патриот!
- И кое-кому следовало бы брать с него пример, - пробурчал Эшли.
- Если это про меня, то могу напомнить, что мой отец - барон Макленбург, поданный Альвиона, - Алекс пожала плечами. - И, согласно Конвенции прав человека, по достижению восемнадцати лет я вольна выбрать гражданство.
Эшли бросил на Эмбер взгляд, полный укора:
- Я же говорил тебе: сделай нормальный пароль на доступ к юридической библиотеке!
- Словно это спасло бы от любопытного подростка, - со вздохом отозвалась она, украдкой потирая висок.
- Все так плохо? - поинтересовался Эшли.
- Прости, что?
- Ты всегда трешь висок, когда у тебя болит голова, - подсказала Алекс, заставляя мать закатить глаза:
- Хоть что-нибудь может остаться незаметным?
- Вряд ли, - бесчувственно отозвалась девочка. - Во всяком случае не твои привычки.
- Спасибо, - Эмбер снова бросила взгляд на императора.
Показалось, что он недоволен, но чем? Присягой, которую ему пришлось принять, или же тем, что она разговаривает с Эшли?
На породистом лице мужчины трудно было что-либо прочесть, и где-то мелькнула мысль, что с ним опасно играть в карты.
И не только в карты. Эдвард поймал взгляд Эмбер и приподнял брови, безмолвно спрашивая, чем вызван такой интерес. Она покачала головой и отвернулась.
Краем глаза она видела, что император шагнул в ее сторону, но в этот момент двери распахнулись и в гостиную вошел герцог Йоркский. При виде мужа принцесса Фелиция выдохнула, улыбка озарила ее лицо, и Эмбер поняла, что этот брак основан на любви. Она невольно почувствовала зависть к женщине, так умело соединила долг и собственные чувства.
- Как все прошло? - поинтересовался Эдвард, подходя к родственнику.
- Сносно. Стенхоуп в ярости, но крыть ему нечем. Учти, что завтра все вспомнят твоего деда и заявят, что ты тиран, как и он.
Фелиция недовольно поморщилась, вызывая улыбку у брата.
- Переживу, - отмахнулся он и протянул бокал герцогу Йоркскому. - Шампанского?
- Лучше бы коньяку, - вздохнул герцог Йоркский и залпом осушил бокал.
