– Родители так думают, а на самом деле, она сама по себе бродит по школе. Мне все равно, – ответил Матвеев, плюхнувшись на свою кровать, понимая через пару секунд, что раскрыл главную тайну. – Черт, да она учится с нами в одной школе.
В этот момент в дверь постучали. Максим успел подловить себя на мысли, что часто молится, но это был всего лишь отец, который пригласил его на обед, не забыв и про сестру.
– Почему не хочешь обедать? – возмутился Леонид так, что даже парни услышали, прервав свой разговор. – Вчера ты отказалась ужинать, сегодня обедать, в чем дело?
– Похоже, твоя сводная еще та штучка, – усмехнулся Денис. – Любит капризничать?
– Не знаю. Раньше такого не было, – пожал Макс плечами. – По крайней мере, раньше мы все вместе и завтракали, и обедали. Да и меня это не касается. Еще раунд?
– Давай.
Все разговоры отошли на второй план, и они занялись более важными делами, даже забыв об обеде, параллельно слыша, как напротив довольно громко хлопнула дверь, заставив книгу по алгебре упасть на пол. В комнате самого парня. Ближе к вечеру, когда Денис ушел, Максим остался один, решив заняться домашним заданием, пока в комнату не вошли родители. На них лица не было и уже тогда ему стало не по себе.
– Надеюсь, что они не хотят ошарашить меня информацией, что мать залетела или им нужен третий отпрыск, – подумал парень.
– Максимка, у нас к тебе очень серьезный разговор, – начала мама. – Отвлекись, пожалуйста. Это на пару минут, милый, – Максим тяжело вздохнул и отложил ручку, оборачиваясь к ним. – Хотим поговорить про твою сестру.
– Она мне не сестра, – проворчал парень.
– Пусть и так, но это важно, – настоял отец на разговоре, тогда-то парнишка закрыл тетрадь, переключая полностью свое внимание на них.
– Что случилось на этот раз?
– Вы же учитесь в одной школе. Ты всегда рядом и видишь, что там происходит, может быть, скажешь, что с ней? – волновалась Елизавета, и Макс это видел по ее глазам, но все еще не понимал, что случилось с их девочкой. – Она в последнее время сама не своя. Отказывается есть, ничего не рассказывает.
– Откуда мне знать, – Матвеев младший закинул ногу на другую. – Мы с ней в разных классах. К тому же мы с ней не настолько близки, чтобы она со мной откровенничала.
– А зря, – папа сел на кровать сына, мама осталась стоять рядом. Выглядели они так, что парень действительно почувствовал себя виноватым в чем-то.
– Ксения теперь не чужой для нас человек, и для тебя будет отличным опытом поучиться заботиться о ком-то.
Максиму хотелось сказать прямо – «я не выбирал эту Ксенечку себе в родственницы, и нужна мне она примерно так же, как рак четвертой стадии. Мы отлично жили без нее и продолжали бы отлично жить, но нет, родителям приспичило поиграть в полную семью. Дочки им, видите ли, не хватало!»
– Ладно, я попробую уделять ей больше внимания, – сдался парень вслух, конечно же, делая это, чтобы его оставили в покое. – Но вообще-то, мама, ты могла бы и сама с ней поговорить. Женские разговорчики и все такое, нам, мужчинам, не понять!
Мама улыбнулась.
– Ты прав, милый. Я еще не чувствую себя достаточно уверенно в роли мамы для этой девочки, понимаешь? Я тоже боюсь ошибиться и что-то сказать не так, чем-то ее обидеть.
Понимал он одно – сейчас они сидят, вместе, как раньше, и могут разговаривать обо всем на свете, пускай даже и о четвертой лишней.
– Не попробуешь – не узнаешь, – кивнул глава семейства. – И все-таки, Максим, мы надеемся на тебя. Вы ровесники, вам проще сойтись. Понимаешь, Ксения росла без родителей, и вряд ли привыкла доверять взрослым. А ты ближе к ней по возрасту.
Парень закатил глаза, но деваться было ему некуда. Кажется, придется играть в старшего брата и заодно психолога для сиротки.
Отделавшись от допроса родителей, Максим продолжил свои дела, но из головы не выходил разговор о девчонке, потому он решил, что стоит обсудить этот вопрос с ней лично, но утром.
К счастью, а может и к сожалению, когда уже фактически нужно было выходить из дома, парнишка не застал сестру за завтраком, который они должны были разделить вдвоем, так как родители уехали еще до их пробуждения.
Она там не умерла, случайно? Раньше Матвеев бы улыбнулся этой мысли, довольно закатил глаза и пошел дальше, но сейчас, после разговора с родителями, посчитал нужным побеседовать с сестрой. С этой мыслью он поднялся к ней в комнату. Постучал, но ответа не последовало, потому пришлось войти без разрешения. На кровати лежала она в позе а-ля гусеница, закутанная в одеяло.
– Эй, ты решила прогулять занятия что ли? – возмутился он, проходя в комнату. – Мне, конечно, глубоко плевать на все, что связано с тобой, но предкам нет.
Сестренка по всей видимости решила игнорировать брата, потому пришлось подойти ближе, чтобы убедиться в том, что она вообще в постели. Обойдя кровать, заметил ее бледное лицо, полузакрытые глаза и то, как тяжело она дышит. Черт, помереть все-таки решила. Присев на край кровати, вскинул бровь.
– Я, конечно, не врач, но видок у тебя отвратный. Может быть, скорую вызвать?
– Уходи, – прошептала она, вздрогнув. – Все нормально.
