— Вы не согласны? — не сдавался мужчина. — Может быть, вы не все знаете?
— С чем? — Ольгу уже начал раздражать этот седовласый.
— С тем, что реальная жизнь намного интереснее, — приближаясь вплотную и дыша на Ольгу смесью запахов кофе, сигар, алкоголя и сладких мужских духов, продолжил мужчина. — Я могу привести массу доказательств.
Ольга поняла, что далее последуют более конкретные предложения, к сожалению, не блещущие новизной. Вот этого она как раз и не терпеть не могла. Безумно пошлых, но очень конкретных предложений. Поэтому сразу же приготовилась дать отпор. Не очень грубо, но достаточно твердо.
— Поехали ко мне в гости, — подтвердил ее предположения мужчина. — Причем не откладывая, прямо сегодня вечером. И вы сами убедитесь, что реальная жизнь намного интересней виртуальной. Я постараюсь вам это доказать.
Ольга ищуще оглянулась по сторонам. К счастью, Андрей и Юрий с бокалами шампанского в руках уже входили в зал. Юрия заметно покачивало, а у Андрея было странное озабоченное выражение лица.
— Доказательства — это прекрасно, — Ольга попыталась изобразить на лице печаль, — но я здесь не одна. Я с мужем. А вот, кстати, и он. Хотите, я вас познакомлю?
— Пардон, — ответил мужчина, ретируясь. — По вам не скажешь, что вы искали своего мужа. Приношу извинения… Ошибся.
Ухажер-неудачник попытался отвесить исполненный достоинства поклон и удалился, едва не завалив инсталляцию. Ольге стало его даже немного жаль. Ну, правда ведь, подкатил к красивой женщине, а тут непонятный разговор и муж на горизонте. Есть, от чего расстроиться. Да ладно, найдет себе другую женщину, которая по достоинству оценит его седеющую бородку и старые, как мир, подходцы.
— Вижу, твоя красотка зря времени не теряет, — проговорил Юрий, подходя к Ольге и довольно фамильярно пихая Андрея локтем в бок. — Этак ты без жены останешься, братуха.
— Вы бы еще дольше стояли и пялились на чужих девок, — в тон ему ответила Ольга. — Кстати, как там твоя супруга?
— Да, пойду, посмотрю! — шутливо испугался Юра. — Как бы и моя половина не закрутила по-быстрячку роман с каким-нибудь юным прекрасным незнакомцем.
Юрий, прихватив по дороге очередной бокал шампанского, поспешил в соседний зал. А Ольга наконец обратила внимание на болезненный вид мужа.
— Господи, что с тобой? — искренне испугалась она. — У тебя голова не болит? Кости не ломит?
— В смысле? — переспросил Андрей. — Я всего один бокал выпил. С чего бы голове вдруг разболеться?
— Ты белее собственной рубашки, — встревожилась Оля, прикладывая ладонь ко лбу супруга. Лоб был очень горячий. — У тебя температура. И, по-моему, высокая.
— Ничего страшного, — попытался отмахнуться Андрей. — Хотя в чем-то ты права, шампанского не стоит больше пить. Холодное оно. Пойду, поищу коньяку.
— Конечно, ничего страшного, — проворчала Ольга. Она хорошо знала, как ее супруг ненавидит лечиться. — Выздоровеешь, куда денешься. Поехали домой. Хорошего понемножку.
— Ну, почему ж сразу домой? — попытался сопротивляться ее напору Андрей. — Только ведь приехали. У меня еще встреча здесь…
— Никуда твоя встреча не денется, — отрезала Ольга. — Нечего тут вирусы распространять.
Она по-хозяйски взяла мужа под руку и потянула к выходу. Андрей понял, что сопротивление бесполезно. А значит, слоновьей дозы аспирина, меда и молока с содой ему не избежать: в вопросах медицины Ольга считала себя великим знатоком.
Вообще забота о здоровье семьи осталась одной из последних обязанностей бывших Хранительниц Домашнего Очага. Очаг этот теперь хранится в газовой трубе и выскакивает оттуда по первому щелчку зажигалки. Уборка легла на плечи уборщиц, приходящих два раза в неделю. С детьми сидят няни или бабушки, пока их мамы зарабатывают на то, чтобы содержать этих самых няней и бабушек. Стиркой занимаются стиральные машинки, а посуду моет другая, не менее умная, машинка. Стряпня чаще всего случается теперь только по праздникам и становится она все менее увлекательным и трудновыполнимым процессом. А по будням вся готовка превращается в фарс: не называть же высоким словом «кулинария» ежедневную разморозку полуфабрикатов или заказ пиццы.
Но нежность куда-то надо девать, а также не атрофировавшиеся еще материнские инстинкты. Вот и проявляются они в полной мере, когда кто-нибудь из домашних имеет несчастье подхватить зловредный вирус. И тут уже нежность к больному трудно остановить, как и победить твердость и решительность в борьбе с коварными микроорганизмами, которые по глупости и недомыслию проникли воздушно-капельным путем в любимый организм.
