Друзья приветствовали вошедшего Рафаэля. Оживились музыканты и девушки в ярких платьях. Они с восхищением смотрели на герцога. Он пригласил всех к столу, стол ломился от всевозможных яств. Все проголодались и с удовольствием набросились на еду, музыканты заиграли тихую ласкающую душу мелодию. Герцог задумался и стал далек от происходящего, но друзья заметили перемену в его настроении и не собирались давать ему грустить. Ив подал знак музыкантам перейти к более веселой музыке. Колин наполнил кубки, Сэм предложил тост. После третьего кубка, мучавшие Рафаэля воспоминания, отступили. Компания заметно повеселела, один тост следовал за другим, друзья изрядно поднабрались. Играла быстрая мелодия, молодые цыганки зажигательно кружились в танце, вздымая вверх пышные юбки, зазывно приглашая мужчин принять участие. Пошатываясь, один за другим друзья вступали в водоворот быстрого танца. Вихрь танца с головокружительной быстротой нес Рафаэля по бурным волнам. Он с врожденной грацией искусного танцора, выплясывал перед своей партнершей. Танцующие так были увлечены, что не замечали ничего вокруг. Все внимание было отдано музыке и танцу.
Вдруг Рафаэль резко остановился, словно от удара устремив свой взгляд в сторону двери. В дверях стояли непрошенные гости, которые остолбенели от столь захватывающего зрелища. Музыка оборвалась, все застыли в немых позах, сверля друг друга глазами, словно два враждующих клана. Тишину нарушил сам герцог. Изрядно пошатываясь, он подошел ближе к вошедшим. Рубашка на нем расстегнулась, обнажая мускулистую грудь, красиво покрытую мелкими, курчавыми волосами. В глазах загорелись бешеные огоньки.
— Невероятно! — произнес он. — Чем обязан несчастный бастард посещению столь высокородных господ. Не ожидал от тебя такого сюрприза, Филипп.
Взгляд дерзких ярко-бирюзовых глаз сверлил, стоявшую рядом с Филиппом Ирэн. Он раздевал ее медленно и нагло. Она покраснела и съежилась от страха. Уголки красиво очерченных губ герцога дернулись в усмешке. Но когда он подошел к ней ближе, она вздернула подбородок и смело посмотрела на него.
— Вы смелая женщина, Ирэн. Не кажется ли вам ваш поступок глупым и неосмотрительным. Самой приехать в логово зверя. Разве вы забыли, какой я бываю в бешенстве, да еще пьяный? Вам не раз доводилось видеть меня таким и испытывать мой гнев на себе. А если я изнасилую вас снова, как это делал не раз? — Вкрадчиво спросил герцог.
В глазах Клэр и Кэтрин затаился страх. Рафаэль это почувствовал кожей, в зале стояла тишина.
— Вы надеетесь, что Филипп защитит вас? — продолжал он. — Напрасно, я убью каждого, кто посмеет помешать мне. И ваша подруга Кэтрин боится, так пусть держит своего мужа покрепче и подальше от меня.
Филипп стоял молча, не реагируя на происходящее. Друзья тоже не хотели вмешиваться в семейную драму, Клэр задумчиво смотрела на Рафаэля, по ее нежным щекам текли слезы. Филипп обнял ее за плечи.
— Не надо, сестренка, не плачь. — успокаивал он.
— Мне жаль, что я разочаровал тебя Клэр. — отвесив шутовской поклон, сказал Рафаэль. — Я всегда был таким зверем, безжалостным и жестоким. На какое-то время мне удавалось быть хорошим перед тобой, но это все ложь. Филипп сказал тебе, что мы не родственники? У бастарда родственников не бывает.
Клэр уткнулась Филиппу в грудь и разрыдалась.
— Это я, я во всем виновата. — причитала она.
Герцог усмехнулся.
— Не вини себя напрасно, все, что ты сказала — правда. Я был черным дьяволом, таким и останусь. — добавил он.
Герцог стоял так близко к Ирэн, что она почувствовала запах мускуса и виски, и тот мужской особенный запах принадлежащий только ему. Предательское тело тут же среагировало на его близость. По спине побежали мурашки, соски затвердели, закружилась голова. Ирэн чуть не упала. Рафаэль вовремя поддержал ее за локоть, приняв это состояние за страх. Другой рукой он взял ее за подбородок и приподнял ее лицо вверх. Длинные ресницы взметнулись, и бездонные фиалковые глаза встретились с циничной усмешкой герцога.
— Какие мы нежные, миледи, при одном моем приближении падаем в обморок.
— Я не боюсь вас, и если надо, буду драться с вами.
Герцог запрокинул голову и захохотал.
— В боевом духе вам не откажешь, миледи, вот такая вы еще больше возбуждаете меня.
Рафаэль, поедая ее глазами, медленно наклонялся для поцелуя. Она как завороженная не двигалась. Едва его губы коснулись ее пухленьких коралловых губок, как в дверях раздался знакомый голос.
— Браво, Рафаэль. — в дверях стоял король и хлопал в ладоши.
— Так вот откуда такая храбрость! — прошипел он и резко отпустил голову Ирэн, так что она с трудом удержалась на ногах.
Герцог двинулся навстречу Его Величеству. Друзья были так поражены происшедшим, что застыли в поклоне королю.
— Я думаю, Рафаэль, твоя речь произвела на них неизгладимое впечатление. — продолжал тем временем король. — Все испугались, даже твои друзья и если бы не я, они уже покинули бы твой гостеприимный замок. Не так ли Сэм? Вижу, ты прекрасно справился с моим поручением.
— Сир, клянусь, все так и было, но… — оправдывался Сэм.
