Графиня виновато улыбнулась Эмбер и пожала плечами. Вновь забравшись в фаэтон, девушка приказала кучеру ехать в особняк Амстелов. Слова Луизы напомнили ей о вырванных из книги страницах.
Приехав домой, герцогиня потребовала у экономки ключи и, взяв свечу, направилась на чердак. Подколов подол платья, чтобы не испачкать его, Эмбер провернула в замке ключ и толкнула дверь. Скрипнув, та распахнулась.
Толстый слой пыли заглушал шаги. Сваленная старая мебель, плетеные корзины, огромные сундуки… В неровном пламени свечи все это отбрасывало на стены фантасмагорические тени. Странный плачущий звук заставил девушку вздрогнуть так, что свеча погасла. Лишь потом она сообразила, что это всего лишь ветер гудит в трубах. Мысленно отругав себя, Эмбер вновь зажгла свечу и решительно зашагала вперед.
Портрет обнаружился у дальней стены. Огромный, он стоял на полу, развернутый изображением к холодным камням. Девушка поставила свечу на ближайший комод и попыталась перевернуть холст. Картина оказалось очень тяжелой. С большим трудом Эмбер перевернула ее. Рама заскользила по полу и с грохотом упала, подняв облако пыли. Девушка замерла, напряженно всматриваясь в темноту. Но, судя по всему, шума никто не услышал. Выдохнув, она взяла свечу и поднесла к портрету, на котором была изображена молодая женщина.
Художнику особенно хорошо удалось передать ее взгляд. Она дерзко смотрела с картины черными глазами, в глубине которых таился янтарный отблеск. Даже сейчас, в полумраке пыльного чердака, было видно, как она красива. Судя по платью женщины и ее белым напудренным волосам, портрет был написан не менее тридцати лет назад.
Эмбер всматривалась в изображение. Пять огромных разрезов пересекали полотно. Холст вокруг них обтрепался, краска осыпалась. Девушка нахмурилась. Порезы были очень ровными, будто кто-то специально провел по полотну одновременно пятью ножами или… когтями.
Сердце вновь тревожно застучало. В голове возникло видение: черный дракон, в ярости крушащий все, что попадалось ему на пути. Вот когтистая лапа взвивается над портретом…
Эмбер невольно попятилась. Что-то острое ткнуло ее в спину. Девушка оглянулась и закричала: злобно ощерившись, на нее смотрела голова дракона. Распахнув зубастую пасть, он возвышался над ней. В темных блестящих глазах горел огонь.
Девушка дернулась, роняя свечу. К счастью, еще в полете тоненькое пламя погасло, и чердак погрузился во тьму. Раздался треск ткани, и Эмбер почувствовала, что свободна. Спотыкаясь о мебель, она побежала к выходу и буквально влетела в объятия герцога.
— Лед и пламя! — выдохнул он и нахмурился, глядя на ее испуганное лицо и порванное платье. — Что случилось?
Она невольно поежилась от его голоса и попыталась выскользнуть, но сильные руки лишь крепче сжали ее плечи.
— Эмбер, что вас так напугало?
— Не стоит беспокоиться. — Девушка опустила голову, понимая, что поймана на месте преступления. — Я… я просто решила побродить по чердаку.
— Вот как? — Зло прищурившись, Амстел скрестил руки на груди и холодно посмотрел на жену. — И что вы там искали?
Она с тоской посмотрела на лестницу за его спиной. К сожалению, герцог стоял так, что проскользнуть мимо него было невозможно.
— Даже не пытайтесь, — предупредил он, совершенно правильно истолковав ее взгляд. — Так что же вы искали?
Эмбер уже открыла рот, чтобы сказать о поисках пригодной мебели, но вдруг вспомнила, что драконы чувствуют ложь, и подавленно замолчала.
— Верное решение. — Муж буквально прожигал ее взглядом.
Капитулируя, девушка вздохнула.
— Я… Дух сказал, что портрет стоит на чердаке, и я думала…
Она осеклась, видя, как ярко сверкнули глаза герцога.
— Вам что, больше нечем заняться?
Он требовательно вытянул руку, и окончательно пристыженная Эмбер вложила в его ладонь ключи от чердака.
— Простите, — тихо прошептала она, — я действительно не х-хотела…
Девушка почувствовала, что вот-вот расплачется. Она собиралась быстро пройти мимо, но Амстел удержал ее.
— Зачем вы искали этот портрет? — спросил он уже мягче.
Эмбер судорожно вздохнула:
— Этот обряд… во время венчания… Арвэн ужаснулся, узнав о нем, и дал мне книгу… Но там были вырваны листы… А потом он сказал, что портрет на чердаке… Скажите, кто эта женщина?
— Эрмина. — Фернанд стиснул зубы и, видя, что Эмбер не понимает, пояснил: — Моя жена.
— Да, вы говорили, что она умерла.
— Верно.
— И… Она тоже была как я? Человеком? — Слова давались девушке с трудом.
— Эрмина? Нет. Она была почти драконом. Очень опытная и коварная… — Амстел криво усмехнулся в своей обычной манере. — Но не портрет же заставил вас так кричать?
— Нет. Там был… дракон.
Герцог нахмурился.
— Быть не может! Хотя… — Его глаза вдруг блеснули весельем. — Идемте!
Схватив ее за руку, он смело шагнул на чердак. Эмбер послушно плелась за ним, удивляясь, насколько хорошо он ориентируется в темноте.
