Я медленно скатилась по спине, оседая на пол в ожидании тяжелого разговора и вот, она заговорила.
— У меня был очень строгий отец. Который нашел для меня жениха еще тогда, когда я даже не родилась и я очень взбесилась этому. Ведь любовь важнее любых денег. — С улыбкой начала свой рассказ она. — Когда мне было девять я познакомилась с твоим отцом. В детском доме, моя семья являлась главным спонсором и нам необходимо было часто там появляться. Генри понравился мне сразу, его глаза карие глаза зацепили меня, он был скованным, стеснительным мальчиком, поэтому я подошла познакомиться первая. За четыре года наша симпатия превратилась в тайные отношения, в один из дней я сбежала из дома, поссорилась с папой. — По доброму усмехнулась она, глядя в пол, но ее глаза смотрели не на деревянную поверхность, в них проносились добрые воспоминания.
Неосознанно, я вновь начала царапать подушечки своих пальцев и сразу же отругала себя за это, но остановиться не смогла.
— В детском доме? — Спросила я.
Папа не говорил, что он вырос в детском доме… Я знала, что у нас нет родственников, но, чтобы так…
— Да, его родители погибли. — Сочувственно произнесла она. — В тот день, мне захотелось побыстрее повзрослеть и поэтому я подтолкнула твоего отца к… — Остановилась мама, пытаясь подобрать более корректные слова. — К взрослому, как мне казалось на тот момент поступку. — Горько произнесла она и закатила глаза. — И конечно про защиту мы не думали, а потом у меня началась задержка и я узнала, что беременна. В четырнадцать лет… Испугавшись, я сразу рассказала сначала Генри, тот сначала испугался, ему было шестнадцать лет, почти семнадцать. Но потом улыбка не сходила с его лица. Затем я рассказала об этом папе, и…
— Он был против? — Предположила я, на что получила краткий, но наполненный болью кивок.
— Он был в ярости. Грозился убить Генри, говорил, что я грязная шлюха и я перепугалась, он поставил условия, либо я оставляю ребенка себе, но остаюсь на улице, либо отдаю Генри, а ему отец выделит чек на первое время для проживания и ухода за ребенком. — Произнесла она и я видела, насколько ей тяжело пересказывать этот период, она словно проживает те эмоции вновь. — Я бы не смогла вырастить тебя. — Честно признается она. — Я была так напугана, что сразу выбрала второй вариант, после чего озвучила его Генри, тот хотел набить морду моему папе. Я его остановила, в итоге после родов Генри сбежал из детского дома, забрал тебя, получил деньги от отца и уехал. Назвал тебя Корнелией, это мой любимый сорт роз. Он всегда срывал для меня ее из соседних кустов. Я пообещала ему найти вас и к сожалению мне это удалось в последний момент. За три дня до его смерти. — Опустошенно закончила рассказывать эту историю она.
У меня нет слов, я сидела с каменным выражением лица и просто пыталась переварить то, что только что сказала моя мама.
В мою голову пришли воспоминания, когда я впервые обнаружила пустые конверты, где был указан лишь адрес и имя. Клара. Только это я знала о своей матери. Чертово имя за все пятнадцать лет жизни. Сначала я не стремилась ехать к ней, потому что не видела нужды в этом. Рядом был Вини и казалось, что я справляюсь с потерей отца, что я смогу жить без нее. Но, когда я услышала тот разговор, то незамедлительно собрала вещи, выставила на продажу дом и держала путь на указанный на конвертах адрес.
Это был мой первый перелет. Из Бостона в Нью-Йорк.
Неужели мне пришлось потерять отца, чтобы обрести мать? Как же это глупо звучит.
Я поджала к себе колени и опустила голову вниз, чтобы закрыть свое лицо и не смогла сдержаться.
Приглушенный кулаком пронизывающий до костей крик боли, затем из моих глаз ручьем потекли слезы, а потом…
Теплые, покрытые мурашками руки мамы обхватили меня, прижимая к себе, я слышу только гул и ее тихие всхлипы, которые она пытается сдержать ради меня.
К черту.
Сейчас она нужна мне.
Мы просидели молча несколько часов, несколько часов из меня лились литры слез, из моей груды вырывалось прервыстое дыхание, а органы боролись за жизнь.
Я тряслась в конвульсиях в руках своей мамы.
В моей голове смешались тысячи мыслей, начиная с того, почему я раньше не выслушала ее историю, заканчивая тем, что я абсолютное ничтожество, раз так пренебрежительно относилась к отцу и матери.
Не ценила отца при жизни. За три года ни разу не посетила его могилу.
Не хотела понять свою собственную мать. Все три года я смотрела на нее с презрением.
Судьба моей матери была намного тяжелее моей, хоть она и выросла в безумно богатой семье, но… Беременность, отстраненность отца, потеря ребенка, вина на всю жизнь… У меня был самый добрый и понимающий папа, который ни разу не повысил на меня голос, который никогда не позволял себе грубить мне. Который безумно любил меня и делал все возможное, чтобы мы смогли выжить… Чтобы я могла…
А теперь я просто рушу свою жизнь своими же тараканами в голове.
— Мама… — Прошептала я, когда сил плакать уже не осталось. — А что случилось с твоим отцом? Как отреагировала бабушка? Кто отец Пресли? — Засыпала я ее вопросами.