На улице было прохладно, по телу пробежали мурашки. Нора опустила голову и взглянула на свою блузку в наклейках. Каждый раз, думая про Эндрю, она понимала, что ей нет прощения. Самым ужасным было то, что, засыпая, она все равно думала о нем, хотела, чтобы он лежал рядом, чтобы ждал ее возле Parsons, – но только в другом времени, когда она все-таки соберет себя по кусочкам, восстановится. То, что она делала, было просто непростительно.
Следующий день был возвращением к реальности: Нора опять тряслась в тесной электричке, потная кофточка липла к телу. Добравшись до работы, она уселась за компьютер и открыла корпоративную почту, где ее атаковала целая армия писем.
Один адресат был особенно настойчивым.
Дурак с глупой идеей особенно опасен, если способен эту идею осуществить. И вот такое озарение нашло на Генри Брука, в чем он и признался по телефону пару недель назад. Снабженный благодаря Норе перечнем книг по бизнесу за несколько десятилетий (ух, как трудно было все это найти) и частично даже текстами, Брук уверовал, что следующим шагом должны стать семинары по разрешению конфликтов.
В свое время эта идея стала первым и самым большим успехом команды Кэндис в начале девяностых, когда книга Хэнка Бойла была превращена в целую франшизу. После успешных продаж Бойл написал специальное руководство, а потом и сборник упражнений. Через десять лет вышло переработанное второе издание, после чего кому-то ударила в голову (Нора не знала кому, но они заслужили место в аду) идея:
Так появились курсы. Франшиза и курсы давали доход, но не такой, как хотелось бы Parsons. Как оказалось, корочка от издательства не очень-то котировалась, и через несколько лет проект закрыли.
А теперь Генри Брук хотел возродить его и втянуть туда Нору, чтобы она была у него на побегушках.
Скрипя зубами, Нора начала отвечать на письма Брука: да, было бы прекрасно организовать для участников семинаров ланчи из органической еды; нет, у нее нет времени на еженедельные видеоконференции с инструктором семинара; да, изготовление канцелярских принадлежностей с логотипом обойдется им слишком дорого; не может ли он объяснить, что это такое он прислал во вложении; да, она понимает, что он не может принимать решение, не подумав, потому что ему срочно нужно выпить кофе; нет, у нее нет времени, чтобы поехать к поставщикам еды и задним числом передоговориться о более низких расценках.
И наконец, у одного сообщения имелась лишь тема:
Но сможет ли она продержаться в Parsons, пока в Weber не появится штатная должность на полную ставку? Впереди еще много трудных дней и вечеров, работы по выходным, поиски авторов и вычитка рукописей. Если убрать из всего этого Генри Брука, возможно, она вытерпит такую двойную жизнь еще несколько месяцев.
– Нора?
Нора вздрогнула, отгоняя подленькие мыслишки. Даже если Генри Брук и найдет себе помощника, чувство вины перед Ритой все равно никогда не уйдет.
– Как ты себя чувствуешь?
Новый укол совести: она же соврала вчера про свою болезнь.
– Спасибо, уже лучше, – ответила Нора. – Хорошо, что я отлежалась.
– Вот и славно. – Улыбка Риты быстро погасла. – Я тут вспомнила про Сантоса. Он не объяснил, почему тянет с подписанием контракта?
– Ммм. – Нора нахмурилась, будто пытаясь вспомнить, порядочный она человек или не очень. – Мне кажется, он просто все еще колеблется.
Откинувшись к стене, Рита отпила кофе из своей чашки.
– Ладно, – сказала она. – Было бы неплохо в скором времени услышать, какое он принял решение. Через месяц Кэндис встречается с начальством в Нью-Йорке, чтобы обсудить финансовый план на следующий год. Позиция Сантоса очень бы хорошо отразилась на нашем бюджете.
Нора содрогнулась под испытующим взглядом Риты.
– Что я должна сделать?
– Может, мне самой с ним созвониться? Пусть он расскажет нам о своих обеспокоенностях. Мы постараемся его услышать и начнем сотрудничать.
