– Не думаю, что стоит по этому поводу расстраиваться. – Он наклонился к ней ближе, и она даже чувствовала его сладкое после мороженого дыхание. – Я считаю, что ты умная и сможешь все сделать по собственному разумению – так, как ты хочешь. – Он смотрел на нее, надеясь, что его слова возымеют действие.
– А мне кажется, что я ничего не хочу, – медленно произнесла она, а потом слова полились сами собой: – Только подумаю, что хочу чего-то, и все оказывается не так. Я не только не знаю цвета своего парашюта, у меня его даже нет. Может, даже я и на самолете не лечу, с которого прыгать с этим парашютом. Может, все дело в этом. Может, кому-то достаточно жить бессмысленной жизнью, но я не из их числа. Если в моей жизни нет смысла, то она не для меня. – Нора уставилась на Эндрю – мол, пусть попробует найти хоть какие-то возражения.
Эндрю откинулся назад, а потом снова приблизил к ней свое лицо, глаза такие темные, серьезные:
– Твоя жизнь – не бессмысленная.
Нора тупо уставилась на полку за его спиной.
– Нора.
– Ну и в чем тогда смысл?
– Это уж тебе решать, – сказал он. – Нужно двигаться вперед, пока не найдешь подходящую работу. И это
– Ты что, провидец, что ли? – пробурчала она.
– Ага. Я и по руке могу гадать. – Он потянулся к ее руке, но она со смехом отдернула ее.
– Иди лучше поставь книги куда положено.
С ухмылкой Эндрю потянулся к полке, и его лицо оказалось вровень с ее. Нора хотела было сказать, что он опять собирается поставить книги на неправильное место, как он коснулся губами ее скулы, взглянул в ее удивленные глаза, но потом Нора сама потянулась к нему и поцеловала в щеку. Целомудренный обмен знаками влюбленности.
– И куда теперь? – спросила она.
Она заночевала у него. В прошлые разы она осторожничала, чтобы только не заснуть с ним в одной постели. Но сегодня Нора не устояла, не хотела сопротивляться.
Принимая утром душ, она вдруг вспомнила, что заранее не попросила полотенце, и разозлилась на себя. Теперь придется стоять на холодном мокром коврике и звать его, спрашивать, где он держит полотенца. Нора выключила воду, отдернула занавеску и тут увидела на стойке аккуратно сложенное серое полотенце. Хотя она точно помнила, что в начале его там не было.
Нора уставилась на полотенце. Странно, что она удивляется только сейчас, хотя он и раньше о ней заботился – сторожил ее стенд, раздобыл для нее ланч, читал доклад о счастье, купил ей книгу-парашют, выдержал очередь за мороженым. Но вот она стоит мокрая в ванной и умиляется этому полотенцу. Может, хватит? Это всего лишь знак вежливости, а не проявление чувств. Но именно в этот момент Нора вдруг поняла, что может положиться на Эндрю.
Потом они сидели, сплетя ноги по обе стороны кушетки, и каждый занимался своим делом: Нора читала подаренную книгу, Эндрю работал над рукописью. Через каждые несколько страниц Нора отрывалась от книги и смотрела на Эндрю, уткнувшегося в свой ноутбук. Нора подумала: как же с ним легко, и теперь не надо отводить взгляд, избегая его искренних слов, не надо врать, отвечая на его расспросы. Сегодняшний день показал, что с ним можно быть честной и что он всегда выслушает. Они могли поспорить, но потом быстро мирились. И вот он принес ей полотенце, и весь мир перевернулся.
Ей было что рассказать ему. Эндрю еще не догадывался, почему она пытается перетащить его в Weber. Он ничего не знал про чудовище в ее голове. Но Норе вдруг стало казаться, что он сможет ее понять. А потом… нет, она не могла точно сформулировать, что случится
Все эти слова уже были готовы сорваться с ее языка. Вдруг он поднял голову, перехватил ее взгляд и ухмыльнулся. Нора покраснела и быстренько уткнулась в книгу.
Он не стал возвращаться к разговору, который они начали в книжном, но Нора и без этого ощущала себя совсем другим человеком. Во сне он обнимал ее, и Нора не старалась ускользнуть, купалась в его объятьях, искала его среди ночи, когда он поворачивался на спину. Нора прильнула к нему и успокоилась, лишь когда он сонно положил на нее руку.
Утром, стоя на пороге его квартиры, она поцеловала его на прощание. Он стоял, приобняв ее, глаза в глаза.
– Просто жду не дождусь разговора с Ритой, чтобы покончить с этим.
– Я тоже. – Сейчас Нора сказала это искренне. Ведь он прав – эта книга действительно их разделяет. Неважно, что случится в Parsons, будь что будет. И вся эта история с Weber тоже перестала казаться такой важной. Норе было все равно, подпишет он с ними договор или нет.
Снова поцеловав его, она отстранилась и встретилась с его любопытным взглядом. Нора открыла было рот, чтобы высказать, что у нее на душе, но не смогла.
Она шла к станции BART, чувствуя, что теперь все совсем по-другому. Да, в душе ее много непорядка, но теперь там поселился Эндрю Сантос.
