Чтобы удостоиться такой же чести, Норе пришлось ждать целых пять месяцев. Бонни Джексон была новичком и постоянно обращалась к Норе с вопросами, стесняясь беспокоить Тома. Большинство авторов считали общение с редакторами своим естественным правом, отмахиваясь от помредов, как от надоедливых мошек. Но тут все было наоборот: Бонни считала надоедливой мошкой себя, а Том для нее был слишком важной персоной. Поэтому она во всем полагалась на Нору.
Нора появилась в Parsons за несколько месяцев до того, как Бонни подписала контракт, и еще не настолько была в себе уверена. В чем и призналась однажды, когда Бонни позвонила ей насчет одной цитаты. Узнав, что и Нора сомневается, Бонни даже обрадовалась, что она не одна такая.
Когда был отпечатан тираж, никто так не переживал, как Бонни Джексон и Нора Хьюз. Открыв новенькую до хруста книгу, Нора нашла раздел, который прежде видела только в виде вордовского документа. Теперь слова благодарности облеклись в типографскую форму, став всеобщим достоянием. Нора испытала тогда необыкновенную гордость, словно только с этого момента получила подтверждение своего скромного статуса.
Со временем очарование прошло, и благодарности стали восприниматься как состоявшийся факт или приятный сюрприз.
Нора закрыла книгу и поставила ее на место. Интересно, что бы подумала прежняя Нора о ней теперешней.
Проблема состояла в том, что Джули со своей пылкостью только сбивала ее с толку. Да, она показала массу других возможностей, но ведь можно просто убить себя, и все. Такой простой и однозначный выбор.
Нора открыла LinkedIn и поискала Хелену Роджерс, чье имя часто попадалось ей на глаза в начале карьеры в Parsons. Хелена была предыдущим помредом, и прошло несколько месяцев, прежде чем Том перестал предварять разговор с Норой словами «
Например, Хелена стала контент-менеджером на сайте по современной культуре. Нора проследила на LinkedIn ее путь. Разумеется, диплом филолога, потом секретарь скромного издательства в Миссии, помред в Parsons и одновременно – фриланс-автор по написанию материалов для местных журналов, на протяжении трех лет – райтер для сетевого журнала по стилю жизни, контент-менеджер. Что ж, впечатляюще.
Значит, это не так уж невыполнимо. Хелене, конечно, помогло написание материалов, чем сама Нора никогда не занималась. И все же это был путь.
Нора стала искать помредов из других отделов, тоже покинувших Parsons.
Мэгги Янг, помред из редакции учебников. Психологическое образование, работа в Parsons, координатор по связям с общественностью в грантовом издательстве. Нора представления не имела, как функционирует грантовое издательство, но как много еще таких работ, которые она даже не рассматривала в силу собственного неведения.
Джейкоб Вебб. Так и оставшись тут младшим редактором, он в результате откланялся. Степень бакалавра по французскому языку, работа в Parsons, юридический бакалавриат, работа адвокатом, далее – консультант в юридическом журнале. То есть Джейкоб занялся юриспруденцией, но снова вернулся к издательской деятельности. Значит, какие-то пристрастия остаются непоколебимы.
Джессика Нуньес. Насколько Нора помнит, она переехала в Лос-Анджелес и стала литературным агентом. Зайдя на ее страницу, Нора убедилась, что Джессика работает в том же литературном агентстве, ради которого и покинула Parsons.
Дениз Бекер, степень по литературоведению, внештатный сотрудник, а затем помред в Parsons, координатор по информационной деятельности в образовательном некоммерческом проекте.
То есть у всех этих людей прослеживалась общая склонность к некоммерческой деятельности. Возможно, они тоже презирали стяжательство книгоиздателей, когда на первое место ставится выгода, а не содержание. У Норы в памятке было написано «отсутствие выгоды», и это давало ей чувство единения с этими ребятами.
Нора перебрала всех помредов, которых помнила. Были и те, хоть и не так много, что уходили из Parsons в другие издательства. Многие и по сей день занимались написанием текстов, и Нора вспомнила слова Линн, сказанные во время их совместного обеда: «Не случайно же говорят, что каждый редактор так или иначе пишет свой собственный роман. Знаешь, я и сама такая». Нора не видела в этом ничего удивительного. Если существуют филологи, которые из любви к книгам издают их, значит, есть и такие, которые их пишут.
