Алэр вывалился из портала кувырком, как безвольная соломенная кукла. Если бы кто-нибудь из его подданных увидел его в этот момент, ничто не спасло бы его корону, да и жизнь.
Но за позорным падением владыки Севера наблюдала лишь пара насмешливых зеленых глаз мужчины в шелковом, не по северному климату, черном плаще. Он сидел на обломке алтаря, закинув ногу на ногу и поигрывая тонкой тростью с рогатым костяным набалдашником. На его узком лице, освещенном звездами и сиявшими в небесах полярными сияниями, играла такая радостная улыбка, как если бы ее обладатель увидел долгожданного, самого дорогого его сердцу гостя.
Алэр еще с минуту лежал перед ним ничком, как презренный раб, борясь с одуряющей болью под левой лопаткой.
— Не слышу твоих приветствий, северянин, — нарушил вечную тишину над красными от крови нетающими снегами негромкий и приятный, словно теплый бархат, голос. — Что-то ты сегодня не так вежлив, как в нашу первую встречу. А ведь как ты меня звал тогда, как молил! Забыл? Ну и память у тебя никудышная. Всего-то двести лет прошло.
— Приветствую тебя, Азархарт, — глухо выдавил Алэр.
Упал он неудачно, лицом в чьи-то останки, и перед его глазами белела оторванная и слегка погрызенная кисть тонкой женской руки.
Что ж темные ее не до конца сожрали? — поморщился император. Могли бы и прибрать за собой почище. Хотя, конечно, жертв тут было столько, что даже темные твари пресытились.
В анналах истории та ночь, случившаяся двести лет назад, записана как Трагедия Дихорского Прорыва. И никто не узнает, что путь темным открыл ничтожный младший принц Алэр, в котором и магии-то почти не было. Никто не догадается, с какого ужасающего предательства началось его кровавое восхождение к трону.
С тех пор в Дихорскую долину не вела ни одна тропа, туда не мог открыться ни один портал. Только по личному приглашению темного владыки.
— Не так, раб! — Трость в руках самого жуткого в мире Эальр существа со свистом разорвала воздух и обрушилась на спину лежащего.
— Приветствую тебя, господин! — послушно молвили белые губы императора Севера.
— Встань.
Невидимая змея, поселившаяся на спине Алэра с той проклятой ночи, разжала зубы, и боль отступила.
Ласх с трудом поднялся на четвереньки, но трость снова уперлась в его плечо, в опасной близости от шеи.
— Достаточно. Так и стой, императоришка, пока не доложишь, почему до сих пор не проведен твой брачный ритуал с дочерью Роберта. И причина должна быть очень, очень весомой, Алэррр.
Его имя темный прорычал с такой силой, что где-то неподалеку треснул обломок алтаря и покатились мелкие камешки, а женская кисть перед глазами Алэра дрогнула и пошевелила пальцами.
Но трехсотлетний император уже не тот впечатлительный юнец, его такими кошмарненькими эффектами не напугать.
— Причина проста… господин. У моей невесты глубокий траур по любимому отцу, погибшему десять дней назад. В дни траура у людей не играются свадьбы, а жрецы в храмах не благословляют браки.
— Какая чушь! С каких пор тебя останавливают какие-то глупые традиции ничтожных людишек? Последняя попытка объяснить, северянин, или ты будешь наказан, — Азархарт наклонился вперед, ловко перевернул концом трости женскую кисть, и теперь ее пальцы с внезапно отросшими острыми когтями нацелились в глаза ласха.
Алэр, пользуясь тем, что Темный владыка не видит его лица, превратил кожу в ледяную маску, тонкую, но прочнее стали. Неприятно, конечно, если тебе начнут глаза выцарапывать, но не смертельно и даже не опасно. Вот змея под лопаткой — это гораздо хуже. Но он живет с ней уже двести лет, притерпелся.
— Меня, конечно, вряд ли остановили бы какие-то странные традиции равнинных людей, — торопливо сказал он. — Но за их соблюдением следят два горных мага. Всего два, это тоже не проблема, — еще поспешнее добавил Алэр, и рванувшиеся к нему когти замерли у самых глаз, едва не поцарапав линзы ледяной защиты. — Но магический договор не позволит взять невесту силой, а девка упорствует. Очень набожной оказалась, в отличие от ее старших сестер.
— Ты разучился соблазнять женщин? — удивился темный.
— Дай мне неделю, и я положу ее на свое ложе и выполню наш договор, открою тебе путь во дворец, чтобы ты воспользовался правом первой ночи.
— И правом второй ночи, и третьей ночи, глупый северный наглец. До тех пор, пока дочь Роберта не понесет от меня сына. Я дам тебе неделю. — Трость опустилась и отшвырнула кусок когтистой мертвой плоти от лица Алэра. — Но ты искупишь вину. Ты должен сделать все, чтобы выманить к себе нового короля Гардарунта. Как можно быстрее.
— Принца Лэйрина?
— Уже короля Лэйрина.
Алэр не удержался, вскинул изумленный взгляд: слишком нежно, ласкающе произнес Азархарт имя наследника Роберта. А на лице чудовищного владыки мертвых проступила невероятная улыбка.
Император опустил вспыхнувший взгляд. Темный не должен понять, что выдал себя и дал северянину надежду. И какую! Чудеса случаются, если о них непрерывно молить двести лет.
