— Ну-ну, — развеселился младший. — Вся наша армия, во главе с отцом, его стужеями и сильнейшими асарами Заполярья, не прорвалась, а ты с десятком своих калек, чудом выживших в стычках с темными, сумеешь. Если тебе хочется дурью маяться, то избавь меня от этого позора. Иди сам, а я не желаю. Тем более, что меня ждут во дворце. Я получил срочное сообщение, что сегодня в полночь расцветет эмелис, бутоны уже набухли. Собственно, я и заглянул к тебе, чтобы сказать, что меня до завтрашнего ужина не будет. Или до послезавтра.
Ниэнир сцепил перед собой руки и улыбнулся, одарив брата брезгливо-жалостливым взглядом, как обделавшегося при гостях щенка:
— Ты так и не понял, Даэр. Отец назначил тебя моим советником и отправил сюда. Это значит, что ты служишь империи при моем штабе, под моим командованием, и слушаешься всех моих приказов безоговорочно. И если я буду доволен твоим служением, то могу издать приказ и поощрить тебя командировкой в императорский дворец полюбоваться хоть цветением крапивы. Здесь ты не принц и не мой брат, советник Даэр. В восточном протекторате военное положение, и ты на воинской службе.
— Что? Теперь я понимаю, почему у тебя адьютанты такие наглые! Я пожалуюсь отцу!
— Сколько угодно. После выполнения моего приказа. Если не подчинишься, император сошлет тебя еще дальше, прямиком в Темную страну. А если постараешься, то можешь успеть до полуночи вернуться из разведки и даже попасть в Звезду Севера, к цветущим эмелисам. Отправляемся немедленно.
*
Снежные порталы схлопунулись у подножья Дихорского хребта, кольцом опоясывающего одноименную небольшую долину, ставшую Проклятой двести лет назад. На картах она напоминала круглый и довольно глубокий котел. Сходство усиливало и то обстоятельство, что темные сразу после ночи прорыва положили на него магическую крышку: на перевалы невозможно было ни подняться пешком, ни пролететь по воздуху — всё живое от магов и людей до птиц и зверей здесь теряло силы, и смельчаков словно прибивало к мертвой земле могильной плитой. Как будто сами физические законы мира Эальр изменялись на пораженной тьмой территории, политой невинной кровью.
Известно было лишь одно: даже в длинный полярный день, когда солнце не заходило за горизонт, на дне долины всегда клубился мрак, не позволявший рассмотреть подробности давней трагедии, проглядывались лишь смутные как тени, смазанные очертания множества непогребенных тел.
Это еще не была Темная страна, но уже не была и земля людей и магов. Всё, что могли сделать ласхи, — в свою очередь окружить долину барьером. Если они не могли войти, то и выйти из Проклятой долины никто не смог бы, ни одно порождение омерзительной фантазии Азархарта.
Но принц Ниэнир оказался прав: силы тьмы ослабли, крышка сдвинулась, и разведывательный отряд северных магов сумел, вынырнув из порталов, подняться на перевал и взглянуть с высоты на долину.
Северные сияния осветили и развеяли тьму каменного котла до самого дна, но на месте долины оказалось ледяное плато. Ни непогребенных трупов или скелетов, ни развалин древнего храма, ни обломков скал. Все пространство внутри было выровнено, словно огромный каток, только в центре, где раньше был храм, виднелись какие-то неровности ландшафта.
— Не может быть! — в потрясении выдохнул Даэр. — Неужели темные все-таки прорвали ваш барьер и забрали всех?
— Ваш? — покосился на него Ниэнир. — Ты уже не считаешь себя ласхом, братец? Лучшие маги империи ставили этот барьер, и первый из них — наш отец. Стражи Восточного протектората лишь подновляли его.
— Я оговорился! — вспыхнул младший принц. — Вечно ты ко мне придираешься!
— Раз уж ты, братец, получаешь из дворца новости минуя службу связи протектората, то может, скажешь, нет ли известий об императоре? Надо бы немедленно ему сообщить такую новость!
— Неужели твои осведомители работают медленнее, чем моя личная дружеская переписка? — съязвил Даэр. — Нет, по-прежнему никаких новостей о местопребывании отца. Ни во дворце, ни в Заполярье, ни в Восточном протекторате его не видели.
Ниэнир оглянулся на адъютанта:
— Беррок, отправь срочную депешу во дворец. Пусть кронпринц Игинир пришлет нам в помощь следователей. Надо изучить тут все, может быть, раскопки провести. Я чувствую остаточные эманации мощной синей магии, но, возможно, это следы нашего же барьера.
— Следы присутствия темных тут тоже ощущаются, — пробасил адъютант, изучавший, присев на корточки, заледеневший камень под ногами. — Но насколько свежие, трудно сказать. Я включу это в рапорт, сиятельный лорд?
— Разумеется, — кивнул Ниэнир, и Беррок, отойдя на пару шагов, принялся магичить над шифровкой, стараясь, чтобы пристально наблюдавший Даэр не слишком много увидел.
