Их было почти два десятка! Узнал Яррен и северных генералов, командующих целыми армиями. За прошедшие дни он познакомился лично почти со всеми высшими чинами и аристократами ласхов. Зачем их тут столько?
“Не догадываешься?” — хихикнул дух.
“Император вернулся? Собирается военный совет? Это мы вовремя подоспели…”
“Вернулся, еще как вернулся!” — ехидно заметил дэриэн. В голове младшего лорда вспыхнуло видение с потирающим руки стариком. Яррен зажмурился, прогоняя непрошенную галлюцинацию.
“Осторожнее, мой мальчик, асары явились!” — предупредил его дух.
Самые старые и сильные маги Заполярья, а то и всего севера, пришли втроем. Их сопровождал синеволосый сиагр Ланвир, стоявший в иерархии северян лишь на ступень ниже кровных детей и наследников Алэра.
— Где принцесса Эмерит? — спросил его один из асаров.
— Мы отправили весть о случившемся одновременно всем детям императора, ее высочество еще не прибыла.
— Если кронпринц при смерти, то…
— Его высочество вполне жив и скоро оправится от ран, — таким же ровным тоном сообщил Ланвир, но подслушивающий горец понял, что эти двое ласхов люто враждуют.
Двери в покои открылись, выпустив вереницу целителей. Вот почему Яррен не смог найти во дворце ни одного, чтобы привести к Кандару! Они все здесь. И, судя по их тусклому виду, император вернулся не в полном здравии. И скорее всего, Алэр сейчас без сознания, раз отпустил их живыми.
— Мы стабилизировали его состояние, но он попал под сильное заклинание, вероятно, шаунское, парализован и крайне истощен, — доложил один из целителей Ланвиру.
Синеволосый сиагр кивнул и уточнил:
— Он безопасен?
— Пока да. Вы увидите. А теперь прошу нас простить, мы должны заняться императорским наследником.
— Вряд ли кронпринц останется наследником после случившегося, — фыркнул кто-то из северных генералов, но Яррен успел заметить болтуна.
— Почему? — резко обернулся Ланвир, скользя взглядом по толпе.
Генералы и придворные промолчали.
— Вы там не были, Ланвир? — оскалился тот же асар. — Неужели и доклад не читали? Нам-то уже сообщили, что принц Игинир напал на императора при десятке свидетелей. Асары Заполярья откажут принцу в доверии, даже если он выздоровеет и вернет себе силу синего пламени. Мы будем просить за ее высочество Эмерит.
— Вы там тоже не были и судите со слов доносчика, старейшина Баэташр, — с ослепительным дружелюбием улыбнулся синеволосый. — Принц Игинир не мог напасть на отца, он участвовал в схватке с монстром. Не будем решать за императора.
“Ого, как обострилась конфронтация, — нахмурился Яррен. — Как бы до междоусобной войны не дошло. Запомни этого сиагра, Ирдан. Кстати, он успел вступить в наш с Рамасхой тайный орден. Друг кронпринца — наш друг”.
“Но еще неизвестно, насколько оба — друзья Белогорья”, — возразил предок.
“Почему же неизвестно? Игинир запросил у нас укрытие в случае провала нашей затеи с Орденом Прекрасной Дамы. Если нам всем придется бежать с Виолеттой, то только в Белые горы, куда же еще!”.
Дух промолчал и очень кстати. Дверь снова открылась, выглянула миленькая ласхиня в бело-синих одеяниях целительницы и шепнула:
— Сиагр Ланвир, он смог пошевелить мизинцем левой руки и приоткрыть глаза!
— Мы должны запечатлеть свое почтение императору! — громко заявил асар и, оттеснив ласхиню, ринулся в покои.
К нему немедленно присоединились все остальные, включая невидимого Яррена.
Императора, возлежавшего на огромном ложе, ученик вейриэна узнал только по змеям-косам. Из ослепительно-белых, они стали грязно-серыми и не кружили оскаленными вьюгами, готовыми впиться в горло неосторожно приблизившемуся самоубийце, а бессильно лежали паутиной вокруг хозяйского тела, такого с виду бледного и хрупкого, что оно напомнило Яррену хитиновую оболочку мухи, высосанной пауком до последней капли.
Еще бросалось в глаза, что Алэр был крайне изможден, словно не ел и не пил всю неделю, точнее, уже восьмые сутки, после исчезновения. Черты лица обострились, нос исхудал и, казалось, стал прозрачным, как и кожа, обтягивавшая острые скулы.
Вопреки словам сиделки, глаза императора были закрыты. Рядом, устало откинувшись на спинку кресла, сидел дежурный целитель. Он даже не сделал попытку встать при виде придворных и генералов.
Высшие ласхи были потрясены. Они выстроились вокруг ложа полукругом и мрачно переглядывались.
— Почему императору не вливают силу синего пламени из накопителей? — нахмурился самый молодой из асар, недовольно скользнув взглядом по лекарю и обратив его на сиагра Ланвира.
— Целители не рекомендовали, — ответил синеволосый. Дежурный встрепенулся, тяжко вздохнув и попытался встать, но сиагр махнул ему рукой: — Не вставайте! Если вы лишитесь последних сил, некому будет спасти императора. Полагаю, всё дело в шаунской магии. Император, как вы видите, окаменел. Сиятельнейшие асары в своем Заполярье на краю мира забыли, что синяя и желтая магии несовместимы, и вливание донорской магии может привести к стремительному разрушению тела. Так?
— Так, — сипло прошептал целитель. — Нужно время. Постепенность. Как при обморожениях у людей.
