Но и Алэр, по всей видимости, не мог управлять ни стужеями, ни собственной магией. Он предпочел спрятаться за спинами императорской стражи, и ни единого заклинания, ни единого сполоха зримой речи не сорвалось с его рук. И боевую форму он не принял!
Зато ласхи из императорской охраны разгулялись с размахом.
Рамасха в отчаянье пытался пробить преграду, но его мягко откидывало в центр круга, а энергия ударов впитывалась стужеями, лишь укрепляя и утолщая их стену.
Принц мог лишь бессильно наблюдать, как император и его прихвостни окружают и атакуют Яррена. А тот, вместо того, чтобы бежать своими тайными тропами, даже не пытался сопротивляться, словно и силы внезапно оставили его, и духи Белогорья.
Его скрутили, и император лично, с мстительным удовольствием сломал парню ноги, когда стражники бросили пленника перед ним на колени и держали за руки во время экзекуции. И этот страшный хруст стальными ножами врезался в сердце Рамасхи. Он закрыл глаза и простонал мысленно: «Почему, почему ты дал себя схватить, Яррен?»
— Ну, и где твоя сила, ничтожный ученик моего ничтожного сына? Кому ты бросаешь вызов, червяк? Императору? —Алэр склонился над поверженным и вздернул его голову за спутанные волосы.
— Мошеннику в поддельной короне! — прохрипел пленник. — Ты пытался выдать созданную магией снежить за принцессу Гардарунта.
— Вы согласились на ритуал с представительницей невесты.
— Белые горы отказываются признавать законным брачный ритуал с мертвечиной, да еще и ритуал, проведенный без свидетелей со стороны невесты. Даже если тебе как-то удалось обмануть синее пламя, нас не обмануть.
— Меня не интересует мнение кучки камней, возомнивших себя центром вселенной. Я немедленно консуммирую брак. В твоем присутствии. И ты, паршивец, засвидетельствуешь и признаешь брак свершившимся. Ты, второй горец и фрейлины ее императорского величества Виолетты. Тащите его за мной.
Он выпустил волосы парня и пнул его в лицо. Яррен дернулся в сторону с такой внезапной силой, что ласхи, державшие его за руки, упали, выпустив жертву. Полукровка повалился на императора, не успевшего отпрыгнуть, повис, вцепившись одной рукой за его одежду. Во второй руке мелькнул кинжал Рагара, с легкостью располосовал защищенный магией ритуальный брачный балахон, и пленник, отбросив кинжал, впечатал свою ладонь в голую грудь Алэра.
Полыхнул ослепительный белый свет.
Раздался истошный визг, в котором подданные с трудом различили голос императора.
С еще большим ужасом они увидели, что под рукой горца проступает и шевелится, как живая, омерзительная фиолетово-черная, словно трупная, плоть. И складывается в рисунок печати Азархарта, какой владыка Темной страны метил своих прислужников.
Ее многие опознали.
Слишком многие.
Алэр упал вместе с повисшим на нем парнем.
Император бился, визжал, выл, пытался оторвать от себя руки ученика вейриэна, но тот, даже теряя сознание, не выпустил добычу. Палач и жертва поменялись местами.
Игинир, наконец, понял, почему Яррен не сражался. Зачем дал себя пленить, позволил изуродовать. Его магия проявила и пыталась стереть печать Тьмы!
Но теперь поведение стражей короны выглядело так, словно они были с Ярреном в сговоре! Как такое может быть? «Кто же ты такой, Яррен фьер Ирдари? — прошептал про себя Рамасха. — Или все дело в том кинжале, который тебе отдал любимый и проклятый сын Алэра?»
— Диас, портал! Немедленно! В каземат его! — провыл император.
Свита императора наконец очнулась от шока, забегала, кто-то из приближенных открыл портал, в котором исчезли Алэр и Яррен, вцепившийся в него мертвой хваткой, как гигантский клещ. Следом прыгнули самые верные лизоблюды императора.
Остальные остались, в полном оцепенении, с ужасом в глазах и помертвевшими лицами. Даже Эмерит, затихшая в руках целителей.
Полупрозрачный полог, созданный стужеями, исчез.
И самих стражей Игинир больше не ощущал, словно они ушли вместе с императором или… за Ярреном? За владельцем кинжала с меткой Рагара? Магия короны Севера как будто начала жить своей жизнью.
«Проследите, чтобы горца не убили», — мысленно пожелал кронпринц. И, почуяв ледяное прикосновение к руке, успокоился. Проследят.
— Сиагр Лангвир, займись пострадавшими, — приказал Рамасха. — Мне надо немедленно проведать Гостевую башню.
— Я не успел доложить: ваш брат Ниэнир и его отряд там, они помогали обороняться, — признался синеволосый.
— Отлично! — обрадовался принц. Теперь за Виолетту можно не волноваться.
— Ваше высочество! Ваша снежность! — раздалось со всех сторон. Растерянные придворные потянулись к наследнику. — Что это было? Что с императором? На нем темная печать!
— Не может быть! — возразил кто-то. — Померещилось!
— И черный червеящер в оранжерее — это не боевая ипостась ласха! — вспомнил еще один из сторонников Рамасхи.
Принц поднял руку, останавливая гам:
— Разберемся, господа. Завтра совет старейшин.
— Половина их уже мертва!
— Заговорщиков, а не старейшин!
