— Мне жаль, что ты потеряла этот плод, — медленно проговорила Минни.
— А мне жаль, что мы с тобой до сих пор еще не стали друзьями. Я столько слышала о красоте гордой сестры Пятнистого Лося. А теперь собственными глазами вижу, что это сущая правда.
В карих глазах блеснуло удивление, индианка посмотрела на Чериш с интересом.
— Кто сказал тебе это?
— Тот, кого ты зовешь Ясный Глаз. Он считает, что ты не только красива, но и очень умна. Мужчины, что построили новую хижину, тоже хвалили твою красоту. Мы можем быть друзьями и многому научиться друг у друга.
Минни Голубка гордо вскинула голову и скрестила руки на груди. Глядя на Чериш свысока, она обратилась к ней тоном королевы, говорящей с подданным:
— Я подумаю, пойти ли тебе навстречу.
— Спасибо тебе, — серьезно сказала Чериш, — и тебе, Опавший Лист, спасибо, что пришла осмотреть меня.
Обе женщины покинули комнату. Кэтрин заботливо укрыла Чериш одеялом.
— Ох, мэм, как мне жаль, — прошептала она, — вы зачали ребеночка, а теперь его потеряли.
Чериш закрыла глаза.
— Милая моя Кэтрин, — устало сказала они, — никогда больше не называй меня «мэм», прошу тебя.
Зарывшись поглубже в уютную перину, Чериш задремала.
Слоун не мог сомкнуть глаз от мыслей, которые не давали покоя. Почему девушка оттолкнула его? Она перенесла страшное испытание, можно представить, чего наслышалась она от этих подонков. Да и здоровье у нее слабое.
Вспомнив, что Чериш отказала ему в близости, он совсем помрачнел. А когда они вернулись домой, она даже попросила его уйти от постели. Боже, почему он был таким дураком! Почему не сказал сразу, что любит, любит и уже давно!
И вдруг он почувствовал ответственность за это воздушное создание. Она столько выстрадала и как мужественно держалась. Дарила свою любовь щедро, ничего не требуя взамен, жила с ним, заботилась о ребенке, даже не пожелав взять его фамилию, чтобы не связывать Слоуну руки.
Увидев выходивших из спальни Минни Голубку и Опавший Лист, он жестом пригласил их выйти за дверь, чтобы поговорить спокойно, не опасаясь причуд вконец обиженной Ады.
— Жена вождя, благодарю, что согласилась прийти, — Слоун свободно говорил на языке шауни.
— Это был приказ моего мужа.
— Я очень волнуюсь, что Утреннюю Зарю оскорбили, ранили…
— Это печально, Ясный Глаз, но твое семя не взошло в ее лоне. Ей еще не хватает сил, чтобы взрастить его.
«Что?! Она носила моего ребенка? Конечно! Как я раньше не догадался?» — пронеслось в голове у Слоуна.
— А Утренняя Заря? Она поправится?
— Она молода. Ей надо отдыхать, спать, тогда быстро встанет на ноги.
— Она сможет еще иметь детей? — Слоун старался не показать беспокойства.
Круглое лицо расплылось в добродушной улыбке:
— Она крепкая девушка. У тебя будет много сыновей.
Успокоенный, Слоун ответил ей улыбкой и положил руку на плечо пожилой женщины.
— Думаю, к моей благодарности присоединится и Утренняя Заря. Мы желаем тебе и вождю Быстрому Лосю видеть еще много лун. Я благодарен также и тебе, Минни Голубка, за то, что Опавший Лист здесь, и что ты помогла ей при осмотре Чериш.
Во взгляде индианки таилась злоба.
— Так приказал мой брат. Кстати, ему очень по душе твоя… женщина.
— Я об этом знаю. И счастлив, что она будет под охраной, если со мной что-нибудь случится.
— Он может забрать ее и увезти далеко отсюда.
— Джон не сделает этого — тебе это прекрасно известно. Он достойный воин.
— Да, признаю это. А твоя Утренняя Заря — достойная женщина?
— Готов жизнью поклясться!
— Если так, не очень высоко ты ценишь свою жизнь! — воскликнула Минни Голубка. — Известно, мужчины думают не головой, а тем, что у них между ног!
— Слышал бы сейчас это твой брат, тебе бы не поздоровилось.
— Его нет здесь, и я знаю, что ты ему ничего не скажешь, — сказала она мягко.
— Конечно, еще я буду говорить. Но довольно об этом. Мы советовались с твоим братом и решили, что, если бы ты согласилась приходить в мой дом, Утренняя Заря могла бы тебе показать, как живет белая женщина. Наверное, это полезно для тебя. Я прикажу моей женщине, и она научит тебя всему, что необходимо знать женщине, которая живет в вигваме белого мужчины.
Высокомерно глядя на Слоуна, Минни. Голубка вздернула подбородок и ответила:
— Тебе не нужно приказывать, Ясный Глаз. Я, Минни Голубка, дочь вождя племени шауни, уже подумала, что твоя женщина могла бы рассказать мне кое-что полезное о жизни белых. Я приду к ней, и мы поговорим.
И она зашагала прочь с высоко поднятой головой. Опавший Лист тепло улыбнулась Слоуну, развела руками, словно говоря: «Ничего уж тут не поделаешь», — и последовала за падчерицей.
Теперь Слоун усмехнулся: «Что за бесенок! — думал он. — И как только Чериш с ней сладит?»
В этот вечер Ада пребывала в неописуемом бешенстве. Не успел Слоун переступить порог хижины, неся приготовленное Трю мясо, как она бросилась к нему.
— Слоун, я хочу поговорить с тобой. Я требую, чтобы мою девочку забрали у этих грязных, свирепых и невежественных людей. Они же не умеют обращаться с детьми.
