Шеридан закрыла глаза, пытаясь справиться с обуревавшими её эмоциями. Это стоило не малых усилий, но она всё же сумела взять себя в руки и произнести без тени обиды, с самой лучезарной улыбкой, чтобы не расстраивать беременную подругу, махнула рукой. — Ой, да ладно вам осуждать герцога, думаю из всех нас, он действительно самый умный, так как смог уберечь свои уши от юной леди Шарлотты.
Каландра внимательно вглядывалась в лицо девушки, пытаясь понять, действительно ли она так думает. Но всё было тщетно, что-что, а умело скрывать свои чувства Шеридан прекрасно научилась.
Ещё какое-то время, они находились рядом с Хоксуортами, затем Лорд Харрисон предложил выпить немного шампанского и прогуляться. Шеридан сразу согласилась, ей не терпелось покинуть это место, а сделать это под пристальным взглядом Каландры, не возможно. Практически сразу как они оказались в саду, девушка попросила отвезти её домой, сославшись на сильную головную боль. При том просила, не говорить ничего Каландре, чтобы не волновать. Сэмюэлю ничего не оставалось, как послушно отвезти девушку домой, прекрасно понимая противоречивые чувства обуревавшие её.
Спустя час он благополучно доставил Шеридан в особняк, сам отправился в клуб, поиграть в карты и немного расслабиться. Как бы сильно не тянулось его сердце к Мисс Мелиорас, как бы ни желало оно стать больше чем, преданный друг, разумом он прекрасно понимал что, только им он и может оставаться рядом с ней. Пару месяцев назад, Лорд Харрисон Барон Фарклайн, пообещал себе, защищать и оберегать Шеридан, ценой собственной любви. Именно так и поступал.
Шеридан поднялась в свою комнату, швырнула перчатки и шляпку на кровать. Умыла лицо в ванной комнате, но этого оказалось мало чтобы успокоить нервы. Вся эта ситуация раздражала, как бы это объяснить Элоизе с Каландрой, что она не нуждается в сопровождении его светлости, более того, она не хочет чтобы именно он её сопровождал. Ей по душе Лорд Харрисон, с которым она за последнее время так сдружилась, совершенно не подозревая о его истинных чувствах.
«Необходимо непременно поговорить с герцогиней», рассуждала Шеридан глядя на своё отражение в зеркале. Хватит и осознания того, что она сама навязала себя ему в падчерицы, так ещё и это.
Шеридан скинула это ужасное платье, избавилась от корсета, благодаря которому было невозможно дышать, к тому же ещё и рёбра болят. А завязки, панталоны, всё это так раздражало, ноги вообще зудели от чулков. «И как вообще можно получать удовольствие от вечера, когда со всех сторон ощущение полнейшего дискомфорта?» Поэтому, с огромным удовольствием чулки, завязки и всё остальное, полетели вслед за платьем. Ощутив прохладу кожей, Шеридан почувствовала свободу, «ещё бы ванну принять, для полноты ощущений». Но Джени думает, что она на вечере у Пемберли никто не знает, что она вернулась. Шеридан предусмотрительно попросила подвезти со стороны конюшен, сославшись на желание проведать Ронви. Сама же попросту ни хотела никого беспокоить, Элоиза будет поздно, не хватало еще, чтобы все суетились вокруг неё, пусть отдыхают. Придётся обойтись обтиранием. Покончив с водными процедурами, Шеридан надела бархатный халат темно-зеленого цвета и подвязалась золотистым поясом. Задержалась у зеркала, расплетая волосы, почему-то это простое занятие успокоило нервы и к тому времени как она достала последнюю шпильку, все мысли куда-то улетучились и теперь Шеридан была само спокойствие. Спать совсем не хотелось, посидев немного у окна, Шеридан словила себя на мысли, что не прочь выпить немного вина и возможно написать письмо Томасу. Слишком долго нет никаких новостей из дома.
Стараясь как можно тише, Шеридан открыла дверь, вышла и аккуратно почти бесшумно побрела по коридору. Благо толстые ковры, устланные по всей длине коридора и ступенькам лестницы, делали это возможным.
Как ни странно внизу было безлюдно, по-видимому прислуга занята на кухне либо отдыхает. Шеридан без трудностей дошла до кабинета Викториана, решив что в библиотеку лучше не идти, вдруг кто нагрянет из прислуги. А так как герцога практически здесь не бывает, то это, пожалуй самое уединённое место на теперешний момент, где можно спокойно написать письмо и выпить немного вина.
Войдя, Шеридан аккуратно закрыла за собой дверь, внутри было темно, пришлось постоять немного на одном месте, дать глазам привыкнуть, не дай Бог напороться на какой-нибудь стол или ещё что, разбудив попутно весь дом.
Как только глаза привыкли, Шеридан решила что всё-таки она чертовски сообразительна. Как оказалось, как раз на её пути стоял небольшой столик с какими-то бумагами. Теперь всё отлично видя в темноте, она грациозно миновала столик и прямиком направилась к бару.
