Любовь мстителя полностью

Пауза на линии была почти смешной.

— Она? С тобой Ева? В твоем офисе?

— Да.

— Почему?

Габриэль продолжал смотреть в окно, но говорил отнюдь не о погоде, когда произнес:

— Надвигаются тучи. Тем, кто на улице, стоит поискать укрытие.

— Мои враги или твои? — немедленно потребовал Василий, без разъяснений поняв, что имел в виду Габриэль.

— В этой области.

— Стефано?

— Да.

— Ублюдок.

— Мы предполагали, что это может случиться, — напомнил ему Габриэль. — По крайней мере, теперь, когда они на горизонте, мы можем подготовиться.

— А ты? Готовишься? Поэтому ты вошел с ней в контакт?

— Да, — произнес он, чувствуя во рту вкус лжи во всей красе.

— Ты доказал, что был правильным выбором, Габриэль. Как она? Что-нибудь подозревает? — Нотка надежды услышать что-нибудь, что угодно о своей дочери, словно разрушительным снарядом ударила мужчину в солнечное сплетение.

Борясь с удушьем, он пробормотал:

— Хорошо. — Очень хорошо. — И нет.

— Дерьмо. Эти ответы меня не удовлетворяют. Позвони, когда мы сможем свободно поговорить. Мне нужны детали.

Габриэль нажал на кнопку «завершить звонок», когда на том конце повисла тишина, означая, что Василий отключился.

— Почему ты не сказал мне, кто ты? — потребовала Ева, тут же возвращаясь к прежнему разговору.

— Потому что не хотел, чтобы ты передумала, — его голос был резким, отрывистым. Что, черт побери, он будет делать, если девушка попросить засунуть эту работу в его лживую задницу?

Она оставалась такой же, жесткой и формальной. Выражение ее лица с каждой секундой становилось все более холодным и отстраненным.

— О чем именно? Работать на тебя? Или спать с тобой?

Габриэль поднялся, оттолкнул стул и обошел стол, останавливаясь перед ней.

— Все было не так, Ева...

— Правда, Габриэль? — оборвала она его. — Потому что думаю, что это было именно так. Ты думал, если представишься моим новым боссом, то я не буду с тобой спать. И ты оказался прав. Поэтому ты опустил правду, повеселился ночью и... что? Что ты ожидал сейчас? Секс за ланчем? Работу допоздна, включающую меня, распростертую на твоем столе? — Она встала: спина прямая, подбородок вздернут, самое красивое проявление гордости, когда-либо виденное Габриэлем. — Этого не произойдет. Если хочешь, чтобы я осталась, то все будет исключительно на профессиональном уровне. На время. Мы не будем обсуждать прошлую ночь, вообще не будем ее учитывать. На самом деле, я предпочитаю вообще ничего личного с тобой не обсуждать. Никогда больше.

Мельчайший надлом в ее голосе при последней фразе для Габриэля прозвучал словно пуля. Он все испортил. Ранил ее. Нарушил хрупкое доверие, с которого начинаются новые отношения. Черт.

Мужчина отступил.

— Ладно. — Нужно было успокоить ее, чтобы не сбежала. — Если ты так хочешь. Я принимаю условия. — Пока что. — Просто знай, что меньше всего я хотел причинить тебе боль. Я надеялся...

Ева подняла слегка дрожащую ладонь — знак того, как она расстроена.

— Думаю, мы уже выяснили, на что ты надеялся. А теперь, если можешь показать мой кабинет, я бы хотела обустроиться.

Допуская такую возможность сбежать, Габриэль указал на стол в другом конце кабинета.

— Это твой. Не видел смысла создавать еще один кабинет, учитывая, что на следующей неделе мы уезжаем. У тебя есть инструкция, как зарегистрироваться в системе и пароли.

Ева пересекла пространство и поставила кейс с сумочкой на стол, на котором были лишь телефон и ноутбук, и села за работу. Она выглядела очаровательно, одетая в деловом стиле. Идеальная картина профессионализма. Но Габриэль знал, что под этим скрывалось.

Сжав зубы из-за непрошенного желания, он схватил телефон, вновь начавший звонить.

Это будет длинный день.

— Ну, давай уже. Сколько можно тянуть?

Василий Тарасов нахмурился, пряча телефон. Он уже шесть раз задавал себе этот вопрос, с тех пор как они приехали в захудалый район Москвы. В воздухе висел сильный запах дрожжей от большого пивоваренного завода в паре кварталов от места, где в тени стояли он и его правая рука, Дмитрий, только что красноречиво выражавший свое нетерпение. Мужчины торчали в ветхом подъезде через улицу от дома, где жила нынешняя любовница Виктора Байкова. Еще одно доказательство, что этот человек был настоящей сволочью. Байков обладал более чем достаточными средствами, чтобы поселить ее в месте получше.

Он зашел в здание около двух часов назад, чтобы потрахаться раз в пару недель. Теперь пришло время ему выйти и ответить за смерть Кэтрин Джейкобс, получить то, что для него уготовили.

Око за око.

Жизнь за жизнь. В случае семьи Байкова — шесть жизней за одну жизнь Кэтрин. Необходимость, чтобы не раскрыть личность Евы.

— Максиму лучше не ошибаться в этот раз, — добавил Дмитрий, поводя плечами. — Иначе мы здесь потратим время и ресурсы.

Для Василия было утешением продолжать общение на родном языке.