— Я тоже так думала, но демонстрация меня впечатлила.
— Он что, призывал демона при тебе? — Эйдан явно тоже не поверил своим ушам.
— В подвале его дома на полу нарисована пентаграмма. Демон появился в ней, заключенный в огненную решетку. Рэймонд как будто на поводке его держал, а тот его слушался.
— Мы видели пентаграмму, — задумчиво сказал Эйдан, — сейчас в ней пытаются разобраться. Как такое вообще возможно?
— Слушайте, Рэймонд, конечно, головой окончательно поехал на фоне жажды власти, но фантазии ему не занимать. Взять хотя бы эти браслеты или комнату страха.
— Комнату страха?
Они переспросили одновременно и выглядело это до того забавно, что я едва сумела сдержать улыбку. Но, вспомнив место, где меня держали, улыбаться расхотелось.
— Комната, откуда ты меня забрал, — я посмотрела на Эйдана, — на стены и потолок нанесены руны страха. Те самые, которыми раньше пытали людей. Рэймонд каким-то образам управлял ими, они гасли и активировались уже в другом порядке. Уверена, в его арсенале есть еще немало подобных изобретений.
— А я всегда говорил, что Флэтли-младший совершеннейший псих.
Элвина явно впечатлили мои слова. Он покачал головой
— Всегда говорил. Эйдан!
Но его брат задумчиво мерил кабинет шагами, засунув одну руку в карман брюк, а второй — потирая лоб. А потом заговорил, будто сам с собой.
— Пентаграмму он наверняка может воспроизвести где угодно. Та, что в доме, не активна. Или, что скорее всего, без нужного заклинания — просто рисунок. Сможем ли мы по ней хоть что-то понять? Руну он так и не получил и, если все так, как ты говоришь, — тут он посмотрел на меня, — у нас мало времени. Конечно, он не нападет завтра, ему нужно подготовиться, но долго ждать Рэймонд не привык, а значит, нам нужно найти его раньше, чем он устроит конец света в отдельно взятом королевстве.
Он, наконец, остановился и обратил внимание на брата:
— Элвин, ты можешь идти. Спасибо, что помог, дальше я сам.
— Держи меня в курсе.
— Если демон вырвется на свободу, ты об этом узнаешь.
— Это была не очень смешная шутка, брат, — бросил Элвин на ходу.
— А я и не шучу. — Эйдан ответил уже закрывшейся двери, а потом повернулся ко мне. — А ты, стало быть, можешь создать руну подчинения?
Отнекиваться было бесполезно, да и не за чем.
— Могу.
— Ты работала над ней?
— Нет. Вернее… я разложила на составляющие ту руну, что использовал Рэймонд на студентах. И поняла, в чем ошибка. Я знаю, как создать работающую руну, но не стану этого делать.
— Признаю, я был не прав, — медленно произнес Эйдан, — мне стоило поговорить с тобой об этом. По крайней мере, твоего похищения можно было бы избежать. Как давно ты поняла, что именно происходит в академии?
— После нашей встречи в парке академии, когда ты сказал, что можешь приказать мне с помощью метки. Я искала информацию об этом и… в общем, догадалась.
— Ясно, — резче, чем нужно, перебил меня Эйдан, — в академию тебе возвращаться опасно. Побудешь здесь, пока я не решу, что делать. Мне нужно связаться с отцом. Будь готова к тому, что тебе придется с ним встретиться и все рассказать.
Не знаю, что меня больше поразило. То, что меня будет допрашивать главный дознаватель королевства или то, каким тоном Эйдан сейчас говорил со мной.
Он повернулся к двери и махнул мне рукой, чтобы я шла за ним, но я не двинулась с места.
— Эйдан, — окликнула его, — ты злишься на меня.
Хотя я понимала, что есть вещи и поважнее, почему-то сейчас для меня оказалось важным это.
Он снова повернулся, подошел ко мне.
— Ты не знала, кто я и на твоем месте я бы тоже не стал откровенничать с человеком, о котором ничего не знаю. Но я много раз предупреждал тебя насчет Рэймонда, неужели так сложно просто быть осторожной? Но нет, ты выложила ему все и наверняка поделилась, что знаешь, как создать эту бесову руну. Именно поэтому он похитил тебя. Возвращайся в комнату, Шевонн и жди меня.
От его слов и того, с какой обидой они были сказаны, я растерялась. А Эйдан, дотронувшись до сферы, четко и отрывисто произнес:
— Барт, проводи нашу гостью в ее комнату.
И, открыв портал прямо там, где стоял, исчез в нем.
Спустя пару секунд дворецкий открыл дверь кабинета и сделал приглашающий жест рукой.
Что ж, похоже, мне предстояло подумать над своим поведением. И понять, кто же из нас не прав.
В комнате меня уже ждал ужин. Есть совсем не хотелось, но я все же заставила себя. Флегматично пережевывая мясо и овощи, краем сознания отметила прекрасный вкус, но мыслями была совсем не здесь.
Меня очень задело то, как Эйдан говорил со мной. Я бы сказала, что он обиделся, но, наверное, это понятие не совсем применимо ни к нему, ни к данной ситуации. Он злился. И надо сказать, вполне обоснованно. Я была не права, когда рассказала о своих догадках Рэймонду. Но что мне было делать? Если бы я раньше знала, что Эйдан дознаватель, я бы не раздумывая выложила все ему. Зачем было скрывать это? Так что тут он тоже серьезно облажался. И незачем теперь обвинять меня одну.
