Я смотрела на нас в зеркало. Видела, как напряжен он был и как едва заметно расслабился после моих слов. С закрытыми глазами он провел кончиком носа по шее вверх, к волосам, зарылся в них, вдохнул запах. И у меня чуть не сорвался голос, когда я продолжила:
— Но у меня к тебе очень много вопросов, Эйдан.
Он коснулся губами уха.
— Я отвечу на каждый. Просто будь рядом.
— Хорошо, — ответила тихо, что бы он ни имел в виду.
Эйдан отстранился, развернул меня лицом к себе, не размыкая объятий. И поцеловал. Слегка, будто спрашивая разрешения.
И я разрешила. Потому что было безумно приятно. Его губы оказались мягкими, а прикосновения нежными. Даже, когда он углубил поцелуй.
Эти губы казались мне жесткими раньше, когда я смотрела на них. Но я и подумать не могла, что когда-нибудь их коснусь.
Одной рукой он зарылся в мои распущенные волосы, другой гладил по спине, все так же крепко прижимая к себе.
Я закинула руки ему на шею и запустила пальцы в волосы на затылке. Они тоже оказались мягкими. Странно, о волосах я думала так же, как и о губах. Оказывается, я вообще очень много о нем думала.
Он первым прервал поцелуй, прижался лбом к моему лбу и тяжело дышал.
— Ложись спать, Шевонн. Нам всем необходим отдых, хотя бы немного.
— А ты?
— Я тоже пойду. Спать. Спокойной ночи.
Легко коснулся моих губ и вышел из комнаты.
И что теперь? Все стало проще или еще больше запуталось?
На утро мы с Эйданом не увиделись. Маргарет сказала, что он ушел еще до рассвета. Если мы продолжим в том же ключе, вряд ли у нас когда-нибудь выйдет нормально поговорить. А ведь он обещал мне ответить на все мои вопросы.
Я одернула себя. Не о том сейчас нужно думать. Но не думать о том, что было вчера вечером, не получалось. При воспоминании о поцелуе губы начинали гореть, словно их коснулись только что и по телу разливалось приятное томление. В эти моменты не хотелось думать о психе Рэймонде, опасности и рунах. И, честно говоря, это сильно отвлекало.
Но сразу после завтрака появился Эван. Открыл портал и в управление мы прибыли уже через минуту. Мы пришли в то же помещение, где были вчера. Здесь имелось все необходимое, а на столе уже лежали все раскладки и записи о руне, которой Рэймонд «наградил» студентов.
Эван объяснил, что все попытки дезактивировать руну провалились, потому что любой символ, нанесенный на нее или рядом, просто рассыпался на части.
Но я уже поняла, что здесь клин клином вышибают.
Руна начинена ментальной магией, значит, только она и поможет. Нужно как бы «приказать» руне исчезнуть. Только тогда ментальные крючки отпустят сознание. Звучит сложно, но когда я объяснила свою идею Эвану, он буквально просветлел лицом и посмотрел на меня так уважительно, что я даже засмущалась.
Мы принялись за дело. Вернее, я принялась, а Эван наблюдал и кое-где помогал.
Когда все части руны встали на свои места, я перенесла ее на специальную пластину. Другую такую пластину с вредоносной руной Эван положил на стол передо мной. Она была насыщенного зеленого цвета и красиво переливалась перламутром. Моя же руна лишь слегка мерцала зеленоватыми всполохами. Я использовала совсем немного ментальной магии.
Лишь один приказ: исчезнуть.
С замиранием сердца я положила одну пластину на другую. Вспыхнул свет, между пластинами заискрило, они завибрировали и… все закончилось.
Я осторожно убрала верхнюю пластину. Ни одна из них уже не светилась, лишь серыми линиями едва заметно проступал рисунок рун. Но через мгновение пропал и он. Обе пластины оказались чистыми. Руны взаимоуничтожились.
Тишину прервал шумный выдох и слова Эвана:
— Ну, ты даешь, Шевонн. Я бы в жизни не догадался.
— Брось, — отмахнулась я, — уверена, ты рано или поздно понял бы, что нужно делать.
Руну мы закрепили на пластине. Осталось только опробовать ее на ком-нибудь из пострадавших. Но этим уже займусь не я.
Работали мы до самого обеда, во время которого я поняла, что мне необходимо забрать другие дневники и еще раз хорошо их просмотреть.
За столько лет я изучила их от и до. Но пользовалась не всем, что там записано. И сейчас, когда мне известно чуть больше, чем раньше, я могла посмотреть на эти записи под другим углом и найти что-то еще.
Сомнительно, но возможно.
А возможно, я просто искала повод лишний раз увидеть Эйдана. Ведь, чтобы попасть в академию, мне сначала нужно поговорить с ним.
Можно было бы обратиться к О’Флаэрти — старшему, но я отмела этот вариант. Потому что, если он согласится, то выделит мне в сопровождение совершенно незнакомых людей. А мне бы не хотелось никого отвлекать от работы.
Тому, что Эйдана я тоже отвлеку своей просьбой, я не придала значения. В конце концов, взялся обеспечивать мою безопасность — делай до конца. Да и потом, уверена, ему не повредит небольшая передышка, а времени мне нужно совсем немного.
В общем, да… скрывать от себя бессмысленно — я действительно хотела его увидеть.
