Прямо сейчас я чувствовала только Джека — его руку на моей талии, другую на спине, его дыхание у моего уха, его грудь, прижатую к моей. Расслабиться? Если бы я расслабилась, то оказалась бы ещё ближе. Сложно помнить, что он мой Враг Номер Один, когда в его объятиях так… хорошо.
— Ты ужасно справляешься с расслаблением, — пробормотал он.
— Это непросто, когда сам дьявол пытается меня соблазнить.
— Ладно, хорошо. Подумай о ком-то, кто тебе нравится. Есть кто-то?
— Нет.
— Ну, просто представь. Любого. Вспомни последнее классное свидание.
Я напряглась, пытаясь вспомнить что-то подходящее, но в голове была пустота.
Джек чуть отстранился, чтобы посмотреть на меня, дав немного пространства.
— Не говори, что у тебя вообще не было свиданий…
— Если бы последнее свидание было действительно хорошим, разве я бы сейчас была не с тем парнем?
— Не всегда, — пробормотал он, отводя взгляд.
Амелия снова посмотрела на нас. Я закрыла глаза, пытаясь действительно расслабиться, позволить музыке двигать мной. Медленный ритм, мягкий… Я старалась следовать за Джеком, быть пластичной в его руках.
— Всё равно не получается, — пробормотала я и остановилась прямо посреди танцпола.
Джек продолжил мягко покачиваться, не выпуская меня из объятий, изучающе глядя в мои глаза.
— Ты и правда не умеешь танцевать.
— Никогда не утверждала обратное.
— Хм. — Он кивнул, будто что-то понял для себя.
Этот снисходительный тон раздражал. Я знала, что у меня нет чувства ритма, но смотреть на меня, как на какое-то забавное явление? Это уже слишком.
— Это не так уж и странно. Многие люди не умеют танцевать.
— Но большинство хотя бы могут следовать за партнёром, — пробормотал он, его руки чуть сдвинулись на моей талии, но он не убрал их. — Это… странно. — Его взгляд стал внимательнее, почти пронизывающим.
— Что?
— У тебя есть недостаток, Лорен. Это делает тебя человеком.
Мне нечего было на это ответить.
— Я был уверен, что ты наполовину киборг с твоими списками, графиками, планами… Хотя нет, эта теория всё ещё держится. — Он снова слегка подтолкнул меня, усмехнувшись. — Ты всё равно двигаешься, как робот.
Мои губы дрогнули в лёгкой улыбке, которую я тут же попыталась подавить. Его слова могли звучать грубо, но его глаза — нет. В них было… тепло. Как будто он просто играл в мою игру, поддразнивая, но без злобы.
Музыка стихла. Песня закончилась. Я осторожно отстранилась.
— Час, помнишь? — напомнила я.
Он кивнул, и я развернулась, уходя с танцпола. Хорошо, что мы заранее договорились об этом времени. Потому что мне действительно нужен был час, чтобы прийти в себя. Чтобы утихли мурашки на коже, чтобы сердце перестало так сильно биться. Чтобы смыть с себя его прикосновения, его шёпот у моего уха, этот огонь в груди.
Я не должна была так реагировать на Джека.
И мне срочно нужен был холодный душ.
Джек
— Это собрание объявляется открытым, — сказал Кевин, стукнув пустым стаканом из-под апельсинового сока по столу.
За его спиной, в широких окнах, простирался сверкающий синий океан до самого горизонта. Мы все собрались за завтраком, пока жених ждал, когда разговоры стихнут, чтобы начать.
— Моя леди, — торжественно обратился он к своей невесте, сделав широкий жест рукой.
Они были такими милыми, что у меня сводило зубы от сладости.
Амелия закатила глаза, но на её лице уже проскальзывала улыбка.
— До свадьбы два дня. Завтра мы почти весь день будем заняты сноркелингом, так что сегодня — день подготовки. У вас есть свободное утро, пока Кевин и я будем на парном массаже. В два дня у девушек записаны процедуры для лица и маникюр с педикюром. Потом ужинаем вместе, а вечером — джакузи. Вопросы?
Никто ничего не спросил. Я украдкой посмотрел на Лорен, но с тех пор, как мы танцевали прошлой ночью, она почти не обращала на меня внимания. Когда я вернулся в нашу комнату, она уже спала — или притворялась, — а подушки выстроились посередине кровати, словно разделительную линии. Перина безопасности. Стена «Не пересекать».
Даже не волнуйся, границы меня устраивали.
Но вот за завтраком её волосы больше не были затянуты в строгий узел. Теперь это был низкий хвост, аккуратно падающий на лопатки мягкими медовыми прядями. Она была так близка к тому, чтобы отпустить свою привычную строгость. Мне даже хотелось просто зацепить пальцем её резинку и помочь процессу.
Лорен вдруг резко повернулась ко мне.
— Нет, думаю, это не обязательно, — сказала она, а её глаза смотрели на меня с такой решимостью, будто я был на грани какого-то проступка.
Может, она умела читать мысли? Ведь я только что представлял, как освобождаю её волосы. Но по её выражению было ясно — то, от чего она пыталась нас спасти, мне бы не понравилось.
— Джек всё равно будет не против, — добавила она. — Нам не обязательно.
Она говорила за меня. А это означало, что мне обязательно нужно узнать, о чём вообще идёт речь.
— Подожди-ка, давай не будем так категоричны, — подал я голос.
Глаза Лорен расширились.
— Серьёзно, Эмс, — снова обратилась она к сестре. — Мы не хотим забирать ваше время.
Улыбка Амелии стала ещё ярче.
