Кевин на секунду взглянул на меня, затем снова сосредоточился на дороге.
— У меня есть план. И мне нужна твоя помощь.
Лорен
— Я никогда раньше не была без работы.
Амелия посмотрела на меня с насмешливым, недоверчивым выражением.
— Ты уволилась всего часов шесть назад. Это долго не продлится.
— Скорее одиннадцать, — пробормотала я, но смысла спорить не было.
— Ты уже знаешь, чем хочешь заниматься дальше? — спросила она.
— Быть ценимой, — проворчала я, глубже вжимаясь в кресло и натягивая рукава объёмного свитера на сжатые в кулаки руки.
— Можешь преподавать музыку детям. Никто не будет любить тебя сильнее, чем первоклассник. Иногда мне самой жаль, что я взяла несколько выходных для нашего с Кевином медового месяца дома, — вздохнула Амелия, откидывая голову на спинку дивана. Потом повернулась ко мне. — Заплетёшь мне косу?
Давно она меня об этом не просила. Кажется, ещё в старших классах, году так в одиннадцатом.
— Если вспомню, как это делать на ком-то ещё.
Она тут же вскочила.
— Пойду за расчёской.
На фоне шёл фильм «Золушка» с Лили Джеймс, хотя ни одна из нас особо его не смотрела. Мы уже успели пересмотреть «Очарованную Эллу», «Золушку» Роджерса и Хаммерстайна, а впереди нас ждала «История Золушки» с Чадом Майклом Мюрреем. Это всегда была любимая сказка Амелии, и я начала задумываться, не ассоциирует ли она себя с ней сейчас особенно сильно, выйдя замуж за супербогатого парня. Почти история из грязи в князи. Может, безумные родственники мужа казались ей мачехой? Как бы то ни было, ей было плохо, и Золушка во всех возможных вариациях явно приносила утешение.
Вот бы была сказка про женщину, которую обманул начальник, подвёл парень, а сама она осталась без работы и чувства собственной значимости. Мне бы сейчас такая история с хорошим концом очень пригодилась.
Амелия устроилась на полу между моими коленями.
— Одну косу или две? — спросила я.
— Две.
— Французскую или голландскую?
— Голландскую.
Я взялась за дело, аккуратно расчёсывая её влажные волосы и разделяя их на пряди.
— Ты говорила с Прекрасным Принцем сегодня?
Амелия ссутулилась.
— Он звонил несколько раз, но я не взяла трубку.
— Он, наверное, сейчас в полном раздрае, Эмс, — мягко сказала я, радуясь, что не приходится смотреть ей в заплаканные глаза. Так было легче говорить прямо. — Ты ведь утверждаешь, что делаешь это ради него, так?
— Так.
— Тогда, может, тебе стоит поговорить с ним об этом? Он ведь половина вашего брака. Разве он не заслуживает права голоса?
— Это касается и Джека?
Я непроизвольно затянула косу туже.
— Он тоже заслуживает права голоса? — настаивала она.
— Откуда ты вообще знаешь об этом?
— Это очевидно по тому, как ты ходишь угрюмая и игнорируешь его звонки. Он что, снова поцеловал официантку?
Я вздрогнула, благодарная, что она не может видеть моего лица.
— Он дал мне обещание и не сдержал его.
— Значит, это было что-то важное?
— Да, но ещё важнее то, что он знал, что не сможет его выполнить, и всё равно ничего не сказал.
— Хм, — протянула Амелия, и я почувствовала, что она не до конца понимает ситуацию.
Мне вдруг захотелось, чтобы она поняла. Чтобы не считала меня драматичной.
— Мужчины умеют только разочаровывать. Он такой же, как и все.
— Или, может, он просто совершил ошибку, потому что он человек, а ты зацепилась за это, как за доказательство, что он такой же, как тот, кто когда-то оставил тебе то ужасное голосовое сообщение?
— Я давно это отпустила, — пробормотала я, завязывая резинку на конце косы.
Амелия обернулась через плечо, пристально глядя на меня.
— Да? Значит, ты удалила его с телефона?
Щёки запылали.
Амелия снова повернулась вперёд, чтобы я могла закончить вторую косу.
— Так и знала.
— Это ужасно, Эмс, — пробормотала я.
Держаться за доказательства того, насколько отвратительными могут быть мужчины, казалось полезным.
— Это
Она была права. Я хотела возразить, что у нас не было настоящих отношений, но это ведь уже не так, правда? Всё могло начаться как притворство, но после свадьбы мы оба решили дать этому шанс. Очевидно, я доверяла ему достаточно, чтобы попробовать.
Я действительно доверяла ему. Просто он оказался недостаточно надёжным для меня.
— Может, тебе стоит удалить его прямо сейчас? — Амелия чуть подалась вперёд, и часть косы, которую я уже успела заплести, распалась, волосы упали ей на лицо. — Включи! Посмеёмся над этим, а потом удалим навсегда. Уверена, это пойдёт тебе на пользу. Словно выпустить пар.
Её глаза сияли, и я не хотела быть причиной, по которой этот свет погаснет. Слушать, как Джек перечисляет причины, почему я не стоила его времени после того ужасного свидания два года назад, мне тоже не улыбалось. Но, может, действительно было бы полезно избавиться от этого.
Я достала телефон, открыла приложение с голосовой почтой и пролистала список до самых старых сообщений. Среди них было несколько записей от бабушки, которые я иногда переслушивала, когда скучала по ней. А между ними — голосовое от Джека.
